Примечания к ненаписанному
уплывают за рамки счетов, за черту окраин.
Я сижу в темноте, и квадратное это окно
отрицает присутствие комнат, вещей и хозяев.
;Если нечто и длится, то это, пожалуй, лишь гул
механической прозы, застрявшей в замерзших сотах.
Твой звонок, совершивший напрасный свой перекур,
застывает в реестрах на самых глухих частотах.
;Это некая форма бессмертия — стать никем,
раствориться в пейзаже, где властвует мокрый асфальт и охра.
Пыль ложится на мебель, и жесткий дверной косяк
вырастает до рамок последнего катастрофа.
;И когда этот век подведет свой финальный ценз,
я останусь пятном, не оставившим даже знака.
Только холод пространства, его абсолютный вес,
и ни капли обиды, и, в общем-то, не о чем плакать.
Свидетельство о публикации №126061404018
