Он был совсем-совсем один,
Его никто не понимал.
Художник, шваль, простолюдин,
Он смех и радость рисовал.
А за окном и блуд, и грязь,
А на картине — шум ветвей.
Посмотрит раб, посмотрит князь,
И всем становится теплей.
Хоть был иссохший, как тростник,
Но силы все свои собрал,
Души своей последний крик
Он на холсте нарисовал.
Его нашли уже в рассвет.
Он, улыбаясь, на полу
Лежал под пледом из газет.
Его мольберт лежал в углу.
И люди шли живым хвостом
Смотреть и плакать вновь и вновь
И каждый видел в лике том
Свою надежду и любовь.
Шедевр
© Copyright: Георг Форп, 2026
Свидетельство о публикации №126061401717
Свидетельство о публикации №126061401717
Рецензии
