Мастеру

Мелькали ноги за стеклом окна.
Завял кудрявый жёлтый цвет мимоз —
Уже бокалы выпиты до дна,
И небо жжёт, как медный купорос.

Он пишет яростно. И смятая постель
Тоскует по вчерашнему огню.
И шёлковая чёрная бретель
Упала с плеч, как жертва — к алтарю.

В той комнатке уютно и тепло,
И свят писательский обряд.
Мой пишет Мастер! Критикам назло.
Ведь рукописи больше не горят!

Всё позади. Уже на Патриарших
Остыла кровь, и Воланд взял своё.
А город наш — он был едва уставший,
Когда всей свите показал нутро.

И сыгран бал. Услужливый Фагот
Убрал со лба увесистый венец.
И прОклятый тот носовой платок
Исчез из рук у Фриды наконец…

Всё позади — за лунною тропой…
Мой Гений пишет — я боготворю
И хрупкий стерегу Его покой
В Арбатском нашем бархатном раю.


Рецензии