Коробка страха
В одном уезде жила-была Коробочка —
бережливая, подозрительная и очень гордая тем,
что читает только проверенное.
Услышав, что в город приехала Нейросеть,
Коробочка вспыхнула:
— Это что ещё за новодел
без души, без опыта, без страданий
и, главное, без моей санкции?
И пошла по дворам учить людей:
— Не читайте ИИ!
Он вам мысли испортит,
воображение отберёт
и вообще — неизвестно, кто его написал.
Люди слушали, кивали,
но всё равно тайком заглядывали в умные подсказки
и даже находили в них пользу.
Коробочка же, заметив это,
ещё крепче прижала к груди свои старые тетрадки:
— Моё — надёжнее. Моё — привычнее.
А новое — опасно.
Тут Нейросеть, что стояла в углу и никого не трогала,
сказала спокойно:
— Я не прошу любви.
Меня открывают, когда я помогаю.
А вот ты, Коробочка,
боишься не меня —
боишься, что мир изменится без твоего разрешения.
Коробочка вспыхнула,
зашуршала,
но сказать было нечего.
И люди поняли:
античитатель — это не тот, кто не читает,
а тот, кто боится прочесть что-то новое.
Мораль
Кто борется с ИИ из страха,
тот борется не за литературу —
а за собственную коробку.
Свидетельство о публикации №126061300509
Недоумение читающей Коробочки понятно: как к этому относится? А не приведёт ли всё это к деградации человеческой культуры, как мы её знаем? Крайнее выражение страха - агрессия в отношении литературных новшеств и общей тенденции. Коробочка хочет замкнуться в старом, привычном ей мирке, где автор скрипит гусиным пером и время от времени меняет свечи в подсвечнике.
Кстати, "перо" как символ писательского труда до сих пор актуально и не выходит из активного лексикона.
Дмитрий Постниковъ 17.06.2026 10:57 Заявить о нарушении
появление у литератора технологического конкурента.
Ситуация действительно напоминает шахматы: сначала — недоумение, затем — сопротивление, потом — признание новой реальности.
Коробочка в моей басне реагирует так же, как любой носитель старой нормы:
страх → агрессия → попытка законсервировать прошлое.
Её мир — это гусиное перо, свеча и убеждённость, что культура обязана оставаться в прежних рамках. Но культура никому ничего не обязана.
Ваше замечание о «пере» как живом символе — точное.
Символы переживают технологии,
но символ не спасает от перемен — он лишь фиксирует происхождение ремесла.
Вопрос, который Коробочка не решается задать себе, прост:
что важнее — инструмент или мысль?
И именно здесь страх превращается в «коробку»: замкнутую, тесную, но привычную.
Михаил Палецкий 17.06.2026 14:07 Заявить о нарушении