Мои животные
Рассказав о Кляксе, нельзя не сказать о ее маме:
Катя до Кляксы жила вместе с нами.
Рождена в девяностые, в те времена,
Нрав имела бандитский. Гроза, сатана.
Принесли мы зимою котёнка — с ладошку,
А она нам с порога: «Я здесь буду кошкой!».
По шторам, по стенам, как черт, она мчалась,
Драла, что хотела, и не извинялась.
И только Наташка с ней сладить умела,
Та девочка бойкая (дочка), умело.
Натуля ей имя Катюха дала,
В честь вредной подруги из школы взяла.
Однажды играя, куснула смело
Кошка в ответ : «Ты что, обалдела?»
Любила на грудь мне ложиться упрямо,
Когда я смотрел сериалы с дивана.
Вертится, злится и в ухо шипит:
«Ложись, человек! Или будешь побит!»
Ложусь я послушно. Она угнездится,
Уснет и мурчит, как мотор в колеснице.
И можно лишь лоб ей тихонечко гладить,
А под одеялом - хоть всю взлохматить!
Повзрослела Катюха — и стала охраной,
На страже стоит перед дверью упрямо.
Шум за дверями услышит она —
И шерсть дыбом встала, уже не до сна.
В людях она разбиралась отлично,
Чуяла сразу — кто подлый, кто личный.
Кто любит — мурлыкнет и сядет на плечи,
А кто не любил — тому всыплет при встрече.
Был друг у нас, кошек боялся до дрожи,
Так Катя по другу скакала, как лошадь.
А папе она вымывала макушку,
Шершавым, колючим. Терпел он подружку.
Сад обожала, машину — не очень,
В машине орала до всей, что есть, мочи.
А в садике — мыши! Вторая, и третья!
Ловила, в рядочек носила. Заметьте!
А то для потехи живую притащит,
Визжат все девчонки, на стулья летящие.
А Катя довольная ходит, гордится.
Концерт удался! Можно и расходиться.
От умного, доброго, в пятнах кота
В саду родилась наша Клякса тогда.
То был уже третий Катюхин помет,
И после него отвезли на учет.
Зимой я ходил на рыбалку,
Тащил я домой свой улов.
А Катя ждала у порога
В предкусии окуньков.
Я в дверь — она уже рядом,
Глазами сверлИт пакет.
Дам рыбку с мизинец — и сразу
Меня для неё уж нет.
Поела — и сразу забыла,
Ушла, не сказав мне «привет».
Внимание Кати остыло,
И я уж не авторитет.
14 лет Катька с нами жила
И в доме был смысл, пока тут была.
Таких больше нет. И уж больше не будет,
Катюха ушла, а душа не забудет.
Она нам устроила наши лихие
Девяностые. С драками, лаской, стихией.
С любовью, с нахальством, с усами, с хвостами,
Была она крышей и Богом над нами.
Теперь в доме тихо. Спокойно. И пусто,
Никто не рвёт шторы. Некому. Грустно.
Никто не командует в доме теперь.
Никто не скребется в закрытую дверь.
Спит наш атаман. Мы скучаем. И любим.
И помним. И пусто. И больше не будет.
Свидетельство о публикации №126061304804
