День памяти жертв геноцида черкесов и адыгов

 Ежегодно отмечается 21 мая. Эта дата связана с окончанием Кавказской войны в 1864 году и символизирует массовую гибель и насильственное изгнание черкесского (адыгского) народа с их исторических территорий


«Какое имеют право эти дикари жить на такой прекрасной земле?»

 Перстом Господа миров наш Августейший Император повелел нам уничтожить их аулы, всех мужчин, способных носить оружие уничтожить, сжечь посевы, беременным женщинам вырезать животы, чтобы они не рожали бандитов…»

(Николай Слепцов - генерал Российской императорской армии, участник завоевания Кавказа, 1844 год)


В 1763 году Российская империя приступила к завоеванию Кавказа, но ожесточённое сопротивление местных народов, формально удалось сломить лишь 100 лет спустя  - 21 мая 1864 года, истребив и вытеснив из региона его крупнейший народ - черкесов.
Черкесы - коренное население Западного и Центрального Кавказа. Название является собирательным для этно-лингвистической группы 12 горских народов (Абдзехи, Бесленеи, Бжедуги, Хатукаи, Кабардинцы, Мамхеги, Натухаи, Шапсуги, Темиргойцы, Убыхи, Егерукаи, Жанеи).

В 1783 году командующий Кавказской линией генерал-поручик П. С. Потемкин доносил в Петербург: «Чеченцы такой народ, который по зверским своим наклонностям никогда не бывает в покое и при всяком удобном случае возобновляет наглые противности… Унять их от сих поступков не остается иных средств, как только или истребить их совершенно, жертвуя немалую часть своих войск, либо отнять у них все плоские места, толико нужные им для скотоводства и хлебопашества».


Генерал А. П. Ермолов - «Обращение к надтеречным чеченцам» выделяется откровенной жестокостью даже в многовековой кровавой истории колониальных войн: «Малейшее неповиновение, набег или грабеж на линии — и ваши аулы будут разрушены, семейства распроданы в горы, аманаты повешены». Кредо Ермолова четко выражено в словах: «Хочу, чтобы имя мое стерегло страхом наши границы крепче цепей и укреплений, чтобы слово мое было для азиятцев законом, вернее неизбежной смерти. Снисхождение в глазах азиятцев — знак слабости, и я прямо из человеколюбия бываю строг неумолимо. Одна казнь сохранит сотни русских от гибели и тысячи мусульман от измены».

Прибыв на Кавказ, Ермолов доказывал Петербургу, что установление господства России невозможно без применения самых крутых мер: необходимо безжалостно уничтожать непокорных, чеченцев он называл «шайкой разбойников», и в случае неповиновения угрожал «наказать их оружием, изгонять в горы, где истребят их или неприятели, или моровая язва...» Всем казачьим частям было предписано «не упускать ни одного случая для нанесения чеченцам возможного вреда, беспокоя и наказывая их внезапными набегами на их аулы и прочее. Живущих же вблизи и всех так называемых мирных иметь под строжайшим надзором и вообще держать в ежовых рукавицах».

При подавлении кавказского восстания 1819–1822 гг. Ермолов приказал (более чем за сто лет до выжигания огнем горных чеченских аулов НКВД в 1944-м) с ужасающей жестокостью уничтожить вместе с жителями чеченские селения Дади-Юрт, Исти-Су, Аллерой, Ноим-Берды, Кош-Гельды и Топли. В феврале 1822 года за «непокорность» были сожжены крупнейшие чеченские селения Шали и Атаги. Геноцид продолжался десятилетиями: в 1845 г. началось выселение вайнахских аулов Гаджирен-Юрт, Таузен-Юрт, Магомет-Хитя, Ах-Борзе, Ахка-Юрт, Ангушт, Ильдар-Гала, Аихасте.



Генерал П. Д. Цицианов, 1804 год:

«Истреблю вас всех с лица земли, пойду с пламенем и сожгу все, чего не займу войсками; землю вашей области покрою кровью вашей и она покраснеет, но вы, как зайцы, уйдете в ущелья, и там вас достану, и буде не от меча, то от стужи околеете…».

«Кровь во мне кипит, как в котле, и члены все во мне трясутся от жадности напоить земли ваши кровью ослушников… ждите, говорю я вам, по моему правилу, штыков, ядер и пролития вашей крови реками. Не мутная вода потечет в ваших реках, а красная, ваших семейств кровью выкрашенная».

Генерал С. А. Булгаков, 1810 год: «Кабардинский народ доселе никогда таковой чувствительной не имел потери. Они потеряли много имущества, которое сожжено с двумястами селений».

Николай I — графу Паскевичу, 1829 год: «Кончив, таким образом, одно славное дело, вам предстоит другое, в моих глазах столь же славное, а в рассуждении прямых польз гораздо важнейшее — усмирение навсегда горских народов или истребление непокорных».


Генерал-майор М. И. Венюков, 1861-1863:
«Война шла с неумолимой беспощадною суровостью. Мы продвигались шаг за шагом, но бесповоротно, и очищали земли горцев до последнего человека. Горские аулы были выжжены целыми сотнями, посевы вытравливались конями или даже вытаптывались. Население аулов, если удавалось захватить его врасплох, немедленно было уводимо под военным конвоем в ближайшие станицы, и оттуда отправлялись к берегам Черного моря и далее в Турцию… Аулы абадзехов на Фарсе горели дня три, наполняя горечью пространство верст за тридцать. Переселение шло чрезвычайно успешно…»

Французский советник А. Фонвилль, 1863-1864: «Со всех мест, последовательно занимаемых русскими, бежали жители аулов, и их голодные партии проходили страну в разных направлениях, рассеивая на пути своем больных и умиравших; иногда целые толпы переселенцев замерзали или заносились снежными буранами, и мы часто замечали, проезжая, их кровавые следы. Волки и медведи разгребали снег и выкапывали из-под него человеческие трупы».

 
К XIX веку большинство черкесов стали мусульманами, хотя из-за гористой географии региона, оставалось ещё много последователей традиционных языческих культов, а также некоторое количество христиан.
Российская империя, после поражения в Крымской войне, хотела восстановить свой престиж и окончательно завоевать непокорный Кавказ.
В 1859 году, царь Александр II утвердил план вытеснения черкесов и колонизации края более лояльным населением, безземельными русскими крестьянами, кубанскими казаками.

Кроме черкесов частично изгнанию подверглись и другие народы, оказавшие сопротивление - ингуши, чеченцы, абазины и абхазы.
Для достижения цели, российская армия начала применять тактику «выжженной земли».
После нападения на поселения горцев, солдаты вырубали сады и виноградники, сжигали поля, запасы зерна и сена, угоняли весь домашний скот.
Участник завоевания Кавказа, российский генерал Алексей Вельяминов писал:
«Истребление их полей в продолжение пяти лет кряду даёт возможность обезоружить их, и тем самым облегчить все наши дальнейшие действия»

Российские войска планомерно занимали равнинные территории, вытесняя коренное население все дальше в бесплодные горы. Начался голод, а зимой добавились горные морозы, забравшие в первую очередь самых слабых – женщин и детей.

В 1861 году, масштабы террора стали критическими. Старейшины некоторых черкесских народов (убыхи, абадзехи и шапсуги) направили императору Александру II петицию с предложением мира в обмен на неприкосновенность земель и уклада.
Однако, российский император отказался прекращать вытеснение и поставил черкесам ультиматум – «Выселиться, куда укажут, или переселиться в Османскую империю».
Российские войска конвоировали оставшихся в живых черкесов к черноморскому побережью, где те пытались попасть на корабли и лодки, плывущие в сторону Турции. Из-за штормов и переполненности суден, эпидемии тифа, холода и голода почти половина из беженцев не пережила пути.
Изначально, османское правительство обещало обеспечить беженцев всем необходимым. Но, из-за того, что никто не знал реальной численности черкесов и масштабов изгнания, на новом месте голод и смерти продолжились.


 Лев Толстой в «Хаджи-Мурате» и «Набеге» рассказал о «миролюбии» уже вполне конкретно: «Старики хозяева собрались на площади и, сидя на корточках, обсуждали свое положение. О ненависти к русским никто и не говорил. Чувство, которое испытывали все чеченцы от мала до велика, было сильнее ненависти. Это была не ненависть, а непризнание этих русских собак людьми и такое отвращение, гадливость и недоумение перед нелепой жестокостью этих существ, что желание истребления их, как желание истребления крыс, ядовитых пауков и волков, было таким же естественным чувством, как чувство самосохранения».



Турки расселили черкесов по всей империи, в том числе и в районах традиционного проживания христианского населения: армян, болгар, греков.
Позднее это вызовет рост межконфессиональной напряжённости и конфликты в самой Османской империи.
Также, и на самом Кавказе в результате жестокой войны и вытеснений начали распространяться радикальные исламские течения.

Уже в 1867 году, российские власти были вынуждены остановить вытеснение оставшихся черкесов и запретили им уезжать, так как выяснилось, что без горцев сельское хозяйство в регионе приходит в упадок.

Как писала позже, историк и археолог, графиня Прасковья Уварова:
«Черкесы умели, несмотря на постоянные набеги, жить с достатком, иметь поля и фруктовые сады, водить пчёл, рогатый скот и целые табуны лошадей. Достатка этого хватало и на лихого скакуна, и на богатое вооружение, и на изящную одежду.
Теперь все изменилось: край покорен, черкесы выселены, и новые поселенцы поля запустили, фруктовые сады уничтожили, леса вырубают, а сами, несмотря на благодатный край, ходят нищими, голыми и невзрачными».

По оценкам исследователей погибло до 75% черкесов. Средняя численность жертв геноцида оценивается в  районе 1 миллиона человек. На Кавказе осталось жить не более 10% черкесов.
В результате насильственного вытеснения образовалась огромная черкесская диаспора в Турции (около 3 миллионов), в Иордании (250 тысяч) в Сирии (100 тысяч) и других странах.

На Кавказе после изгнания черкесов изменился баланс сил. Самым большими народами региона стали грузины и чеченцы.

Впрочем, позднее, в 1944 году, чеченцев и некоторые другие кавказские народы тоже выселили по приказу советского диктатора Сталина.

Правда, в отличие от черкесов, они смогли вернуться на родную землю.

Лев Тихомиров - русский писатель, журналист и очевидец геноцида позднее писал:
«Этот план, похожий на убийство одним народом другого, представлял нечто величественное в своей жестокости и презрении к человеческому праву. Бедствия черкесов не поддаются описанию.
Таких истреблений целого народа, как на Западном Кавказе, история назовёт немного. Огромный, богатый, чарующий красотой край был радикально «очищен» от населения, жившего там, в течение тысячелетий».