Наш общий ад

Тихо пала злая ночь, как щит.
Я знала: ты придешь меня убить.
Наденешь тело смертного опять,
Чтоб эту жизнь до капли оборвать.
И заскрипит тоска моя, как дверь...
Мы в этой петле заперты, поверь.

Ты зашит в моей душе иглой,
Венчали нас луна и вечный бой.
Я слышу шаги во тьме ночной,
Твое дыхание над головой.
Ты — музыка моей извечной мглы.
Что заберешь сегодня из потьмы?
Всю прошлую меня? Мой новый век?
Ты мой палач, мой древний человек.

«Нельзя любить убийцу!» — крик небес,
Но в жилах у меня бунтует бес.
Из жизни в жизнь, сквозь сотни разных дат,
Меня ты убивал — и был тому ты рад.
Я гибла в Риме, падала в костер,
Твой нож повсюду был со мной и остер.
Но почему сквозь пепел, боль и тьму,
Я так скучаю по тебе одному?

Пусть грешник ты, пусть ты — слепая смерть,
Мой пульс готов под шаг твой умереть.
Я помню облик твой из прошлых грез,
Черты лица, манеры... сколько слез!
Но имя вспомнить не могу в бреду,
Когда опять к тебе на казнь иду.

Ты — наважденье, грешное виденье,
Мое проклятье и мое спасенье.
Кричи вослед, меняй свои обличья,
Я сожжена дотла, до безразличья.
Но страха больше нет в моей груди,
Занес ты нож? Так ближе подойди!

Смотри в глаза, ведь это наш финал:
Я люблю тебя. Ты это знал?
Люблю за каждый шрам и прошлый прах.
Ну что, убийца? Как тебе мой страх?
Теперь убей меня,и гори в огне —
Но назови себя... и дай вспомнить мне.