Клизма без механизма

  (или не состоявшийся полёт на вертолете)      

    Вертолёты улетают ровно в девять, но не в апреле и не для всех. Остальным — компас на холодильник и география в школе.
      
      Бывает такое воскресенье, когда просыпаешься с чётким пониманием, что сегодня праздник. Какой? А вот этот, который и в календаре, и в позвоночнике, отдается несгибаемой болью.
      Геологи народ особый. Они могут не помнить, сколько получили на получку и куда дели заначку, хотя последнее они, наверное, знают, но придуриваются перед женами. Они никогда не забудут, как пили чистую воду из таежного ручья, курили махорку у костра, одновременно суша промокшие портянки и сапоги.
      И вот сидят такие герои, смотрит в окно на весенний апрель, и голоса из глубин рюкзаков шепчут «Пора, пора в поле». А пора ли? Нет еще рано, снег в лесу и реки не вскрылись. Но стол почему-то накрыт, сало уже порезано тонкими ломтиками и посыпано мелконарезанным чесноком, товарищи по счастью и несчастью ждут с нетерпением, не доставая запотевшую из холодильника.
      Один замечательный писатель, геолог и геофизик по профессии, О.М. Куваев в своем романе «Территория» написал вот про таких: «Геолог это клизма без механизма». Почему без механизма? Уже не спросишь и не узнаешь, что он имел ввиду… Можно предположить, что без механизма потому что нечем качать кроме лопаты. Пешком, на лошади, по тайге это все равно, что клизма, но без резиновой груши. Поэтому всё, что должно происходить в поле, идёт потом, кровью и жилами. И гори оно всё огнём, но ручей с чистой водой того стоит». Видимо, Куваев просто честно посмотрел на профессию без вертолётного романтизма и сказал, механизма нет, процесс есть, страдайте, герои…

Есть повод выпить по одной,
Сегодня праздник – воскресенье.
Что пить не можешь, дорогой?
Хвораешь, видно, несварением?

Так водка лучший эликсир
Как для души, так и для тела.
Глотнул ее – вошел в плезир*,
Нет никакого больше дела.

Ну, кто о чем – я о своем,
Забыл совсем, не то, что надо
Вам говорю, но пить втроем
Есть ритуал и часть обряда.

Ба, вспомнил, что хотел сказать
Сегодня, в этот день весенний.
Геолог встал – пошел гулять,
Из спячки вышел и забвенья.

Ведь праздник нынче на дворе,
Пора собрать в большую кучку
Мозгов остатки, суп-пюре,
Мешок, куда сложил заначку.

Я с Вами, братцы: «Ё, хайды!**»
В маршрут пойду, если возьмете?
Мне все равно, мне до звезды.
Хочу в тайгу на вертолете.

Чифирь, махорка, свежий сиг,
Костер, палатка, спальник, полог…
И в пикетажке, славный миг,
Вам напишу, что Я ГЕОЛОГ…
         
         Эпилог
         Утром выяснилось, что вертолёты с геологами в апреле улетели ровно в девять, но это было десять лет тому назад. Финансирование на следующий год прекратили, партию расформировали. Пришлось устроиться в школу преподавать географию.
        Заначку в день закладки нашла жена и купила на неё две пары шерстяных носков – не знает, видно, что портянки лучше и быстрее сушатся у костра.
        Тайга, впрочем, никуда не делась. Она терпеливо ждала, но не своих героев - тайге было плевать, она ждала весну, шурша апрельским снегом. Появились первые проталины, но реки еще не вскрылись. Медведи, отощав за зиму, начали ворочаться в берлогах…
         Он навернул сухие портянки, сняв их с батареи, одел кирзачи, потом  долго смотрел на компас, который почему-то показывал на холодильник, и решил: разведка недр дело ответственное, её надо начинать с чистой головой и пустым желудком. С понедельника. Обязательно с понедельника.
   *плезир (француз.) – удовольствие, забава.
   **Ё, хайды! (латыш. Йохайды) — это словечко зачастую используют для связки слов. Хотя по факту является аналогом таких русских терминов, как "блин" и т.д.  Е, ХАЙДЕ (болгар.) -Да ладно.


Рецензии