Глава 8 - Вече

Глава 8:

Ч1:

Не долги были братьев сборы,
Надев заплечные мешки,
Харчами мамиными полны,
Оне в ближайший лес пошли.

Нарезав гибких веток ивы,
Оне, учили как деды,
Как ранее плели корзины,
Из них сплели себе щиты.

Из толстых, прочных веток дуба
Срубили палицы себе,
Тяжелые, считай в пол пуда,
Рубили ох не по руке.

И в довершенье настругали
Себе по паре черенков,
Их заострили и назвали
Их чем-то вроде копиёв.

И с этим всем добром по утру,
Обнявши плачущую мать,
Оне пошли дорогой трудной,
За тятю мстить, за князя воевать.

Ч2:

Стоптавши старенькие лапти,
Проев домашние харчи,
В пыли дорожной наши братья
До Новгорода всё ж дошли.

Великий город не спокоен.
В волнении он, в суете,
Как Ильменя озерны волны
Кипит сей город сам в себе.

Народ сбирается на вече,
Весь город ходит ходуном,
Весь день шумят, шумят весь вечер,
Средь них и Зоря с Боруном.

На пустой бочке на высокой
Вещает молодой купец,
Вещает басом, краснощекий,
И громко, сколько сил ни есть:

“ Уже и так машной тряхнули!
Для княжеских далеких дел
Мы пояса то затянули,
Хоть мало кто того хотел!

Чаво ж ещё тогда им надо?
Чтоб наши вьюноши за них
Шли воевать не супостата,
А просто русичей других?

Что нам то Святополк то сделал,
Что мы должны стеною встать,
Покинуть землю наших дедов,
За Киев город воевать?

Пока за князя наши люди
Жалеть не будут животы
Работать на земле кто будет?
Не княжьи ж вои-молодцы!

Не битвы я страшусь опасной
За город первым встал бы я,
Но лезть к соседу не согласный,
Эта война не для меня.

Гораздо более мне страшно,
Что воска не собрав, пенькИ,
Все на войну уйдя отважно,
Чем будем мы вести торги?

На что ж менять за морем будем
У свеев - сталь, у немец - ткань?
И так уж год был зело труден,
А князь нам - ратью дескать встань!“

Народ рядится всё, всё спорит
Шумит, кричит и глотку рвёт,
Посадник ж чрез толпу такую
Теснясь к той бочке то идёт.

Лишь два шагА ему осталось,
Когда на бочку, словно кот,
Взлетел малец, краснея малость.
Он с бочки речь таку ведёт:

"О чем шумите, добры люди?
О воске, тканях да пеньке?
Не думал я, народ что будет
Так печься о своей деньге!

А как же правда? Справедливость?
В конце концов, святая месть?
Иль их купечая сметливость забудет отчего учесть?"

Тут Боруна под белы руки
Снимает с бочки Зорислав
"Борюша, брат, прошу - будь другом,
Лишних врагов не наживав"

Посадник же, слегка похлопав
С улыбкой братьев по плечам
На бочку влез и, встав высоко,
Там говорить уж начал сам:

"Не враг вам русич? Что ж, допустим,
Пускай не враг вам Святополк.
Признаем его князем русским,
На Киевский приедем торг...

Да только позабыл купчишко,
Кого тот князь на Русь привел,
Что на купечье золотишко
Князь Святополк наш приобрёл.

Ведь в Киев-городе престольном
Пирует нонче польский краль.
И, чую я, что может вольно
Об киевлян тупить он сталь.

Но ладно ляхи, Бог бы с ними,
Но Окоянный Святополк,
Будь проклят Богом он единым,
Всю степь под Киев приволок!

Он князь презренных печенегов,
Князь разорителей, волков,
Князь учинителей набегов,
Не князь Руси, но князь врагов.

Отринул веру он Христову,
Продал полякам города,
Привел поганых к свому  дому:
Вот князь ваш, Русская Земля!

Он предал память свово деда,
Он братьев кровных порешил,
На Русь родную навлек беды,
Отчизну кровью он залил.

Так что, Земля? Хорош вам княже?
Иль Новгород уже не Русь?
Но коль я городу на страже,
То с Святополком я сражусь.

А кто боится - оставайтесь.
В бою мне трусы не нужны.
Вот только вы потом не кайтесь,
Что больше нет святой Руси. "

Посадник в ноги шапку кинул,
И с бочки спрыгнул горячо.
А вече тишиной застыло,
Сказать не смея ничего.

Ч3:

На Волхове завечерело.
Собрались люди по домам,
Уставши, Солнце отзвенело,
Мы ж в гости заглянём к купцам.

Оне же, молоды да стары,
Ведут между собой совет,
Советом управляет Ставр,
Почётный в граде человек.

Дородный, животом обильный
Румян и масленен купец.
Он говорил с отдышкой сильной,
Как запыхавшийся гонец:

"Ну, други... Как я полагаю
Нам войско надо поддержать...
Да, дорого, я это знаю,
Да, лучше бы не воевать...

Меж тем... Подумай, добры люди...
Коль Киев Ярослав возьмёт,
То, верно, суд вершить там будет,
Порядок, верно, наведет...

И тех, кто был за Святополка...
Князь, верно будет, разорит...
И разобравшись после толком
Меж нас добро распределит.

Нам не придется с Киевляне
Собачиться из-за цены.
Мы цены ставить будем сами...
Толкую верно ли, мужи? "

Купцы с согласием кивали.
Победа прибыли несёт.
На том купцы и порешали,
Что нужно поддержать поход.

На утро же рода купечьи
Телеги, полны серебра
Перевезли чрез Волхов-речку
До Ярославова двора.

Ч4:

А в Новгородском то детинце
Тяжелу думу думал князь,
Считал купечии гостинцы,
Их щедрости лихой дивясь.

В резные княжие палаты
Вошел, меж тем, старик седой.
Держался он молодцевато:
Ещё держался старый вой.

Он весь изрублен в свежих шрамах,
И с перевязкой на челе.
Богатырем он не был, великаном,
Но всё же вызывал он страх к себе.

"Ну здрав будь, старый воевода.
Спросить, Будый, хочу тебя
Готова ль к дальнему походу
Дружина славная моя. "

"Боюсь, князь, что одною лишь дружиной
Нам Болеслава в этот раз не одолеть.
Уж больно крепок на бою вражина,
Уж больно многих он заставил умереть.

И всё ж... Пусть мало нас, по твоему приказу
Обрушим гнев железный на врага,
Как лекарь готов вырезать заразу.
Дружина - нож. Князь лекаря рука.

Дружина лучше примет смерть, чем бегство.
Уж лучше пасть в бою, чем смерть в бегах.
И потому в походе этом дерзком
Твоя дружина, князь, в твоих руках."

Ч5:

А между тем, вернемся к вечу.
На площади на вечевой
Еще не завершились речи,
Но нам важней сюжет другой.

Там к Вырвидубычам подходит
Какой-то боевой старик.
С них хитрых глаз своих не сводит,
Оценивает будто их.

"Не вы ль, мальцы, кричали с бочки?
Посадник попросил меня
Найти вас, удальцов, до ночи,
К ночлегу воев приведя.

Вы ж ополченцы? Для похода
Придется вас принарядить.
И, чую, выпала работа
Вас делу ратному учить.

Вас звать то как?" "Борун и Зоря,
Мы Вырвидубовы сыны"
Сказали братья с чувством горя
"С Залесья в Новгород пришли"

"Так значит, дети Вырвидуба..."
Старик смотрел на них дивясь.
"Он был мне, дети, добрым другом"
Сказал он, братьям поклонясь

"А вас как звать, скажИте, деда?"
"Меня Рулавом нарекли."
И, имя грозное изведав,
Браты за стариком пошли.