Образ

Мне помнится не фраза — атмосфера:
Закатный свет и отблески стекла.
И человек с осанкой офицера,
Чьи речи я за истину брала.

О том, что чувства требуют участья,
Что искренность не терпит полумер.
И я смотрела с редким в жизни счастьем
На этот убедительный пример.

Ты говорил так бережно и веско,
Что впору было верить без тревог.
И я сама дорисовала фреску
Там, где намечен был лишь уголёк.

Но вечер плыл. И в мягком полумраке,
Когда казалось — время замерло,
Ты рассказал о завтрашней девчонке,
Которой, видно, крупно повезло.

«Придет ко мне. Я ею околдован».
Без паузы. Как сводку новостей.
И в этот миг внезапно стало новым
Понятие о сущности твоей.

Всего-то нужно было, обнимая,
Сказать про ту, что завтра будет ждать.
И маска благородства дорогая
Вдруг начала предательски сползать.

Я не ушла. Наверно, зря осталась.
Разумней было хлопнуть дверью вслед.
Но мне хотелось досмотреть спектакль,
Пока на сцене догорает свет.

Мне было больно. Очень. Не солгу.
Но боль порой бывает милосердна:
Она срывает ложную фольгу
С того, что нам казалось драгоценным.

Ты думал, что разбил меня тогда,
Сказав про ту, которой околдован.
Но рушилась совсем не я — мечта
О том, кто мной и был же дорисован.