Елена Сомова Видения

Елена Сомова  Высшие откровения
       Шум березовых вершин в тонкой полусонной оболочке осязания ветра напоминал дождь, который не касался кожи, но пропитывал собою душу, любящую и тайно скорбящую в неотвратимой разлуке.
   Нельзя сказать через параллельный мир о любви так, чтобы человек не просто услышал, но проникся и понял, что  законы вечности на его стороне, когда он откликнулся на импульс любви, услышанной в цветке и листьях, в чьем трепете простукивало сердце влюбленной женщины.
     Вьется в воздухе светло—зеленое покрывало листвы, издали напоминающее строительное покрытие крыши, настил, под которым творится смена шифера с истасканного серого на спелый оранжевый, мой цвет, уносящий чувства далеко в прошлую любовь, на морские камни.
  У кровельщиков сейчас обед, и они ушли, оставив крышу солнцу под укрытием.
  Серые крыши, хорошенько промытые кислотными дождями, созерцали мы в поисках слов любви, акупунктуру слов настраивая, как скрипку, на одну волну чувств.
   Ощущение канатоходства не отпускало до самих объятий, до подъема вверх по легким ступеням высших откровений. Руки становятся шестами, когда знаешь, как одним неверным движением ты спугнешь пушинку счастья, наполнив мир вопросами бытия с пухлыми томами правил и исключений из них. Наше исключение из правил значилось в таблице лиственных знаков согласия, аплодирующих нам через открытое окно на виду всего неба, наполняющего любимые глаза.
     — Тише… У тебя глаза сейчас ярко—желтые, а когда ветви скрывают солнце, они становятся нежно—сиреневыми.
   — Я не знала, что ты — художник моих глаз.
   — Я тоже не знал.
  — У тебя морские глаза, переходящие в бирюзу.
   — Ты — тоже художник... художница… моя… Ты — моя?
   Глупее вопроса не найти. Ответа тоже. Молчаливое согласие — лучший ответ, потому что слова, касаясь слуха, пытают мукой соскальзывания с верхней точки, нарушая баланс, так необходимый сейчас.  Это будто умирание у Федерико Гарсиа Лорки, когда каждое слово — камень.
   Мы только слышим и осязаем лиственные такты полыхания дождя сквозь наши сердца, вскипание сосудов в химической реакции, физические процессы изменений линий ладони, тайны восхождений и разрыв радуги на звезды, воссоединимые в наши созвездия без расстояний, в единой сфере.
   Мы уже одно государство любви, печатающее звездное небо над головами. Мы тихи, как новая трава в саду земных наслаждений, на которую падают яблоки.
    Пространство впечатало нас в один параллелограмм пчелиной  соты, и так мы пробовали мед созвездий и молочных орехов, бросая скорлупу, на которую садились стрекозы, раздваивающие пространство на «до» и «после» и скручивающие жемчужину ощущений в завороте своего длинного хвоста—антенны.   
   Полусон — полуявь, явление специфической волновой активности мозга, аналогичной той, что бывает во время медленной фазы сна.  Мозг как будто то и дело отключается, пытаясь восстановиться и запустить процесс «перезагрузки».
***
Мы попались на хвост стрекозы, мы царапали длинные стены,
Продираясь в космический гам сквозь идиллию откровений.
Мы у времени знали пазы, но попались и в них сквозь забвений
липкий плен, и шептали антенны
над домами крутя сериал
для кино среди лиственной сцены
попадая по центру в астрал. 

ВИДЕНИЯ

Виденья наяву, как будто пятью пять.
Спеши меня скорей, как мир любви, обнять,
Пока стоит берез
лесная кутерьма,
Где катышками слёз
бежит к тебе волна,
Пока прощает лик
промашки наяву,
Пока шепчащий миг
тебе, а не Ему,
Пред чьим лицом в чертах
читаю, не умру,
бегущий календарь
в оранжевом дыму.

Роняет горький лист
небесный амулет,
перебирая твист –
шаги твои, корнет,
на путь бегущий мой
поставил, не спеша,
и воцарился свет
от нимба малыша.

Люблю твой дивный блеск
от звезд в ветвях берез,
когда  ты не исчез
в глубокой чаще слёз.
Там камерный оркестр,
цитируя тебя,
роняет свежий лист,
земной, календаря,
когда мы вместе в свет
летим в конце игры,
как шарики струны,
стекая вниз с иглы.
Анестезия есть, осталось только жить,
как шарики иглы
вдвоем всю боль забыть,
что ветер раздувал,
как факелы в дыму,
поставив интервал,
как фишку, свет в дому.
Среди чащобы лет
мне ищется ответ,
что это было там
с любовью пополам?

11 июня 2026 г.