Смерть викинга

Могучие волны катились и бились,
Друг друга стремясь превзойти,
Косматые тучи от молний светились,
И шквал нас швырял и крутил...

Драккар наш вздымался на пенные горы,
И падал, как раненый бык,
И небо гремело под молотом Тора,
Который шутить не привык.

И было немало из нас, кто подумал,
Что вряд ли увидит свой фьорд,
И что невзлюбил нас сегодня угрюмый,
Суровый, безжалостный Нёрд.

Спустили израненный бурею парус,
Отдавшись на волю богам,
Не ломаных вёсел почти не осталось,
Но только нужны ль они нам...

И тут старый Олаф обычай припомнил
Глубокой, седой старины,
Когда, друг за другом, тащили все воины
Соломинки разной длины,

И тот, кому выпадет с Одином встреча,
За борт без раздумий шагнёт,
А тот, кто богам никогда не перечит,
К родному порогу придёт.

Вот Харальд, сын Орма, и конунг по праву,
Держась за правИло, сказал:
"Пусть мудрые норны нам руки направят,
Чтоб каждый судьбу свою знал!"

Выл ветер, и брызги по доскам хлестали,
И жребий свой каждый тянул.
И был с нами Арне, все так его звали,
Он вздрогнул и горько вздохнул.

"Я молод!" - кричал он, - "Мне жить ещё можно,
Зачем выбор пал на меня?!
Здесь много таких, кто уже вдоволь пожил,
Достойней и старше, чем я!"

"Сын бонда, зачем ты отправился с нами?" -
Вдруг конунг у парня спросил, -
"Зачем так спешил ты брататься с богами
Без мужества, воли и сил?

Богатства хотел ты, и думал отважно
Под парусом в битву лететь?
Так знай, как ты жил - не особенно важно,
А важно, как принял ты смерть".

Так Харальд ответил и, плечи расправив,
Снял меч и свой плащ отстегнул,
И прямо с кормы он, спокойно и плавно,
В кипящее море нырнул...

...К утру буря стихла, на солнце лучистом
Искрилась волна, словно снег...
О Харальде сложены саги и висы,
Об Арне забыли навек...


Май, 2026