Монолог. Тайный Чертог Сиреневой Звезды

(На сцену выходит Герой. Вокруг разливается мягкий сумеречный свет. Он смотрит на засыпающий город, предвкушая грядущую встречу.)

О, как томителен весенний, долгий день!
Но час настал. Смотрите, ночь-царица
Уж набросила на град заснувший
Свой бархатный, тяжелый синий плащ.
Заката пурпур выцвел в антрацит,
И в небесах зажглись сиреневые звезды.
Здесь, в роще призрачных, забытых грез,
Я жду Ее, сокрытый хладной тенью.

И вот Она ступает из тумана!
В медово-красном свете фонарей
Она светла, как летняя заря,
Легка, как облачко на небосклоне вешнем!
Ее улыбка — робкий луч звезды,
А из очей глубоких, лучезарных
Струится животворный, нежный свет,
Что полнит мир покоем и усладой.

Нам не нужны слова средь этих троп.
Сквозь фиолет теней, что пляшут в такт
Дыханью ветра, мы идем во тьме.
Рука в руке. И взор сплетен со взором.
Два наших сердца бьются в унисон.
Мы достигаем тайного приюта —
Веранды под Сиреневой Луной.
Там кресла сотканы из добрых пожеланий,
Там мы вкушаем ароматный чай,
Настоянный на алых лепестках
Любовных клятв и белоснежной веры!


И время плавною, седой рекой
Течет у ног, пока мы правим миром.
Она берет кисть чистую мечты,
И красками невиданных свершений
На полотнах великих, светлых дум
Рисует Вечность! Лики тех мгновений
Живут и дышат, вставлены в багет
Благого смысла, украшая залы
Небесных Галерей во всех мирах!

А я? Я достаю серебряную флейту.
Играю я, вплетая робкий звук,
В ее полотна. Песнь моя струится
Живой водой к началам лунных правд!
То плачет песнь, то шепчет, то смеется,
И стаей птиц с серебряным крылом
Взлетает к кронам Древа Высшей Тайны.

А если дождь, как невидимый арфист,
Перебирает пасмурные струны,
Мы кутаемся в плед святой любви,
Раскрыв над нами синий купол слов,
Сплетенных в нерушимые узоры.

Но горе нам! Вот проблеск бледной рани!
Хрустальной тропкой из смеющихся огней
Подходим мы к Вратам Туманным утра.
Я отворяю створки. Мой кумир,
Мой нежный ангел с солнечной улыбкой,
Уходит прочь в проеме белых врат...
И я шагаю в створку роковую.
(Герой делает шаг вперед, свет меняется на резкий, суетливый утренний)
Я просыпаюсь. День. Великий Южный Град.
Она — на дальнем, брошенном краю.
Нас ждет рутина, серая тоска,
Дела, труды, несносные часы...
Но дух мой жив предвестьем этой ночи!

Пусть правит день! Когда же Чародейка-Ночь
Вновь облачит столицу в свой пурпур,
Мы встретимся под сенью тех же звезд,
В спасительной тени Забытых Грез!
(Герой решительно запахивает плащ и уходит навстречу новому дню, глядя с надеждой в небеса)