Миф

Младенец связан, словно кокон,
В крестьянской избе у окна.
А за стеклом — простор далёкий,
И затаилась тишина.
Тугой холст стягивает плечи,
Ни шевельнуться, ни вздохнуть.
Лишь мать у люльки тихо шепчет,
Пытаясь детство убаюкать.

Прошли года, сменились вехи,
Учёный муж в чужом краю
Решил, что в этом скрыты корни
Судьбы загадочной земли.
Мол, от пелёнок этих жёстких,
От уз, державших плоть и дух,
Рождался бунт на перекрёстках,
И рабский страх в огне разрух.

Но схемы рушатся сухие,
Где жизнь сложнее, чем абзац!
Пеленала встарь детей Россия,
Как Франция и как Эльзас!
Не в детской люльке скрыты грозы,
Не в лоскутах суровых льна.
Через века, сквозь пот и слёзы,
Своей дорогой шла страна!

Он вывел формулу в отчёте:
«Их дух смиряет монолит,
И в тоталитарном переплёте
Очаг покорности горит.
Они привыкли быть в неволе,
Их вождь — как пеленанья жгут...»
Так миф родился на престоле
Из тех, что истиной зовут.

Но схемы рушатся сухие,
Где жизнь сложнее, чем абзац!
Пеленала встарь детей Россия,
Как Франция и как Эльзас!
Не в детской люльке скрыты грозы,
Не в лоскутах суровых льна.
Через века, сквозь пот и слёзы,
Своей дорогой шла страна!

Своей дорогой шла страна...
Сквозь пот и слёзы...
Шла страна. Великая Россия!!!
Любимая страна.