Она жила в плену прекрасных снов,
в своей уютной, внутренней святыне.
Среди картин, портретов и стихов —
как в пушкинском стихе, что жив доныне.
Ей мебель и пейзажи прошлых лет
дарили благородство и опору.
Интеллигентки чистый, тихий свет
не уступал мирскому разговору.
Она не принимала новый век,
хотела мир наполнить лишь любовью.
Она — былой культуры человек,
привязанный к старинному сословью.
Шагнешь к ней в дом — и открывался храм,
где время замирало на мгновенье.
Но в этом мире, полном горьких драм,
она — лишь гостья, чудное виденье.
Сквозь шум машин и современный гул
я унесла ту встречу, как святыню.
Как будто Пушкин мне в глаза взглянул
на той аллее, замершей поныне...
Внутренняя эмиграция
© Copyright: Надя Ульбль, 2026
Свидетельство о публикации №126061006850
Свидетельство о публикации №126061006850
Рецензии
