Пахнет гарью с военных обочин.
Гаснут отзвуки множества мов.
Ничего, что твой дом заколочен
Меж разрушенных сельских домов.
В нём не целился ствол заоконный
В грохотавший просёлком металл,
Потому он и целью законной
Для снаряда и мины не стал.
В нём хозяина нет — и не надо.
И надтреснута старая печь.
Но в дыхании полураспада
Всё мне чудится русская речь.
Будто кто убеждает утешно,
Только в тёмные сени вошёл:
Будет житься как прежде, конечно,
Благо целы и крыша и пол.
Быть застольным и быть колыбельным.
Даром быт зарастает быльём.
Всё поправим и печку побелим,
В Красный угол иконы вернём.
Но едва отойдёшь, обернёшься —
В тот же дом от угла до угла,
Словно в душу тяжелая ноша,
Поселяется стылая мгла.
Опустевшие гнёзда под крышей
Не укроют птенцов от грозы.
И стоит он, как воин не бывший,
Опоздавший на общий призыв.
Нашествие
© Copyright: Владимир Алексеев Псков, 2026
Свидетельство о публикации №126061006284
Свидетельство о публикации №126061006284
Рецензии
