Здравствуй, Аля и чуть-чуть про запрет на выжимки

Докатилась… пронеслась в голове мысль, когда она сидела в одной из кабинок офисного туалета и, крепко зажмурившись, пыталась не расплакаться. Плакать было нельзя. Слёзы, это ведь, по сути, всего лишь выжимки головного мозга. Уж Аля, как никто другой, знала про это практически всё.

А пореветь хотелось неудержимо, один за другим кадры, сегодняшнего, так ужасно даже не начавшегося, дня мелькали калейдоскопом в её голове. Конечно не начавшегося, как может начаться новый день, если старый так и не закончился. Она почти до утра проваляла себя без сна по кровати, а как только стала проваливаться в этот самый пресловутый сон, на неё тут же предательски заорал будильник. Не вставать было нельзя, сегодня был очень ответственный день. Сегодня в колумбарии, пардон, в теплом и дружеском коллективе, ей надо было ярко весело и задорно представить серые будни и сущность бытия трёх месяцев – квартальный отчёт.

Кое-как она поставила себя на ноги и доплелась до кухни, но надежда на бодрое начало дня умерла прямо на дне пустой кофейной банки. Потом, нагло вильнул задом и скрылся за углом нужный, случающийся раз в полчаса автобус с роковым бесконечным номером 8. Но, в офис, она всё-таки успела вовремя, хотя это вовсе не стало концом неприятностей, а как раз наоборот размотало фатальную непруху по максимуму. Каким-то чудесным образом, красочное говно под названием отчёт, исчезло со всех возможных носителей, на которых оно было, а выяснилось это, в тот самый момент, когда Аля должна была представлять всю эту хню «друлегам». Ох, эти их унижающие, издевательские и насмешливые взгляды…

Так стоп, очень хочется плакать, но плакать нельзя. Она запретила себе это делать уже очень давно, в тот последний раз, когда она заплакала с ней случилось вроде бы что-то невероятно странное, настолько странное, что она запретила себе не только плакать, но даже запретила помнить о том, почему она запретила себе плакать.

Очень медленно Аля разжмурила глаза и осторожно осмотрелась, ну не было ведь слёз то! Спасибо, спасибо, спасибо - непонятно кому прошептала она. Вокруг были все те же самые такие милые, жутко бордовые, стены родного офисного толчка. Пронесло, выдохнула с облегчением. И сама тут же разулыбалась от недвусмысленности этого самого «пронесло» родившегося в данной локации.