Империя возвращается

Разбитое стекло смартфона,
упавший пепел на ковер,
притворный шорох пыльных штор…
Давно не слышно перезвона

колоколов монастыря.
Лишь только вдалеке зенитки
пускают трассеры по нитке,
о чем-то важном говоря.

В палитре нет ультрамарина,
дни напряженны и длинны.
Уже четвертый год войны,
но не дошли мы до Берлина.

А надо бы уже дойти
и до Волыни, и до Львова.
Ну разве это очень ново -
такие пролагать пути?

Цела ль ты, крепость Осовец,
под боком града Белостока,
когда-то павшая до срока,
где дважды принял смерть мертвец?

Ничто доныне не забыто -
ни Брест-Литовск, ни Перемышль,
горящий у Днепра камыш,
в Полесье вытоптанное жито.

Кто есть имперец? Патриот,
глядящий на чужие дали.
Мы их не раз уже видали
и брали с боем в оборот.

Нам подали пример британцы,
шутя полмира откусив.
Сэр Киплинг очень был спесив,
когда натягивал на пяльцы

Багиры шкуру и Балу.
И лишь за то ценил индусов,
что воевать могли со вкусом
сипаи — черти на балу

военной аглицкой махины,
колониальных войск орда.
Дотла сжигали города,
наевшись бетеля и хины.

Но будем мы теперь не так,
без стимуляторов, без нервов,
гуманно, с помощью консервов.
Даешь Иран, даешь Ирак!...

Зенитки бухают опять,
горят, взрываясь, дрыны, дроны.
Нормально, есть еще патроны.
Столица. Полночь. Надо спать.