8 июня

«А дедушка посадит виноград?».
Вдоль длинной полосы жд дороги,
Под топот электричек, мы шли в сад,
И камешки бросались мне под ноги.

Мне было шесть. Я мерила шаги
Пролётами от шпалы и до шпалы,
И мама говорила: «Не беги!» –
Хотя я постоянно отставала.

Мы с дедушкой опять пойдём на пруд,
Возьмем батон, печенье, палку с леской,
Я мякиш съем за несколько минут,
А рыбам – черви, вроде бы всё честно,

Но он мне скажет: «Наденька, а где?
Я им прикормку делаю из хлеба».
И отразится ласточка в воде,
Его лицо, деревья, мостик, небо.

Он засмеётся: «Ладно, не грусти»,
Убрав в пакет несъеденные корки.
Мы с мамой шли. Уже жд пути
Остались сзади, мы спустились с горки.

«Там дедушка печёт нам пироги!
Давай скорее, мамочка, остынут!».
И мамин голос: «Надя, не беги!» –
Собачьим носом тыкался мне в спину.

Мы с дедушкой сыграем в дурака,
Залезем на чердак почистить печку,
И будут с его шеи облака
Казаться ближе по пути на речку.

Почти пришли. Чердачное окно
Уже глядит на нас из-за забора.
И запыхалась я, но все равно
Бегу к нему, бегу в крутую гору.

Но дома пусто. К нам идёт сосед.
Скрутив свои слова осиным жалом,
Сосед сказал: «Володи больше нет».
И мама почему-то побежала.

И слиплось всё в один тяжёлый гул,
В огромную бесформенную глыбу.
Дед крепко спал на этом берегу,
Где завтра мы бы с ним ловили рыбу.

В июньском солнце чёрная вода
Блестела, как натёртый медный крестик.
Рубашка, что он дома снял тогда,
Тридцатый год висит на том же месте.


2026 г.