Чему нас учит колобок?

 
 
Было время — ужаснула меня участь Колобка:
Незатейливая сказка,
Перед сном и в полумраке,
Словно с горки на салазках,
Я сжимался, будто в драке.
Оживляла мои страхи книга с видами лубка.

Позже в школе разъяснили «добрым молодцам урок»:
В коллективе наша сила,
Без труда не жди улова,
Дружба наша нас скрепила
И обещанное слово.
Один в поле, мол, не воин; хороша, мол, ложка в срок!

Поневоле мы впитали главный коллективный принцип:
Чувство локтя! Одержимость!
Право мнений большинства!
Личное — не красит личность!
Монолитность общества!
И лишь в сказке мы встречали доблесть рыцарей и принцев.

Так с годами устоялось — без «зачем?» и «почему?» —
Свойство принимать на веру
Кодекс норм и точек зрений,
Поступая по примеру,
Без суда и всяких прений.
Кто не принял — тот спивался или шёл «на Колыму».

Сдвиг во времени сказался — на моих висках седины.
Мой двойник сейчас взирает
На меня из Зазеркалья,
Думает, что напугает,
Полон тайного всезнанья,
Изучая величины и душевные глубины.

Я спокоен, ибо с детства перестал бояться сказок.
За наивной простотой
Назидательных историй
Спор ведут наперебой
Члены важных «консисторий»:
Средь мерцания указок, ярких красок, буйных плясок.

Колобка мне стало жалко не за то, что его съели:
«Самость» стала приговором
Одинокому пострелу.
Без опоры за забором
Камни полетят и стрелы,
Если ты, не зная броду, шёл, куда глаза глядели.

Опыт старших поколений обеспечил нам просторы.
Всем на зависть стали крепче
Телом, духом и душой.
Говорим — теперь не шепчем,
Мир влекуще за собой.
Крепостные стены в прошлом — наш заслон моря и горы.

Пусть порой мы задыхались от суровых дисциплин,
Иногда душе казалось,
Что она в комок сжималась.
Слово диким стоном мчалось,
Вралось, мялось и оралось,
Но в итоге устремлялось на создание турбин!

Нас не школа — жизнь учила собираться в монолит:
Час — потехе, делу — время,
И никак наоборот!
Никаких несчастий бремя
Не ломало наш народ:
Соберёмся — одолеем, шаг вперёд — и враг дрожит!