Надежда

Хозяйка всегда любила танцевать.
Моя задача — ждать в прихожей, чтобы сумку ей подать.
Со школы возвращалась грустной и немного злой,
Но, видя сумку, становилась другой.

Я жду, когда так хочется скорей уснуть,
Когда есть две минуты, чтобы косточку стянуть,
И даже если заболею, помню точно,
Что сумки ремешок держать я должен прочно.

И знаю — точно не забудет,
Подгонит время и разбудит,
Сиять, гореть, не ведать скуки.
И посвятит себя в балетные науки.

Ты вечерами мне показываешь трюки,
Прыжки, что на шпагат садиться — муки.
И слушаю поток рассказов, впечатлений,
Мандраж и ожиданье новых выступлений.

Кладя голову на грудь,
Стоит только мне вдохнуть
Под запах парфюма и помады —
Желанье преодолеть на свете все преграды.

Вечер. Прихожая пуста,
А пара новеньких пуантов всё ещё цела.
Я жду так долго и тревожно,
Но знаю: ты моя хозяйка, тебе можно.

Шло время, ты не приходила.
Я ел, чтобы осталась сила.
Держу и никого не подпускаю,
И слишком сильно по тебе скучаю.

Вернулась, не смогла в разлуке!
На странной двухколёсной штуке,
Но вновь пришла и не забыла.
Я знал: ты новый танец разучила.

И слышу треск в душе твоей.
Тоскливей не бывало в доме дней.
Нет, не могла, не разбивайся!
Пожалуйста, бери её, не расстраивайся!

А время нас не любит и не ждёт,
Природе снова новый облик придаёт.
И запах, что любил я до сих пор,
Стал меркнуть. Жизнь без танца для тебя — позор.

Я стаскивал тебя с кровати, лаял,
А снег уже почти растаял.
Таскал еду, чтоб ты поела.
Ты говоришь: «Отстань, я просто заболела».

Не верю, что оставила балет.
Не ставь на жизнь свою запрет.
И я решил: раз позабыла,
Напомню то, чему меня ты научила.

Возможно, неуклюжий, но у меня четыре лапы.
Танцую, хвостом увереннее отбивая такты.
Увидел смех, в тебе искра была.
Я смог напомнить, чем дышала и жила.

Хозяйка плакала и улыбалась.
Вилял хвостом, а ты смеялась.
Давай же, вспомни! Всё мы можем,
Усилия достаточно приложим.

Смогла! Ты снова начала ходить
И продолжаешь раз за разом изводить
То тело, что могло свернуть любую гору.
Дадим отпор мы приговору.

Падений было очень много,
Но мокрый нос — всегда твоя подмога.
Ты стала очень нервной, деревянной и колючей.
Не злюсь, пройдёт всё с новой уходящей тучей.

Прошла весна, хозяйка заходила
И мягкой поступью бродила.
Сев на кровать, ты замерла.
Со мной та сумочка была.

Когда её тащил, то смахивал хвостом пылинки.
Увидел по бокам потёртости и дырки,
Но знаю: дело ведь не в виде.
Мечты не будут никогда в обиде.

Сомнений было много, но решилась.
Открыла, заново влюбилась.
В руках лежала пара бежевых пуантов,
С узлом из двух помятых красных бантов.

Ломала, рвала, подрезала,
На стопы слишком часто примеряла.
Ты подгоняла их так тщательно и точно
И на носочки встала с лёгкостью нарочно.

Ты плачешь от того, что можешь
Жить так, как ты сама захочешь.
Не поломалась, всё смогла,
И понимала, что добилась ты всего сама.

Ты долго меня очень обнимала,
Благодарила, целовала,
А запах проникает прямо в душу,
Что так любил меня согреть, дразня любую стужу.

В тот день решила: будем танцевать вдвоём.
И все невзгоды стали нипочём.
Хозяйка, ты неуязвима.
Твоя надежда стала ощутима.

И если люди скажут, что заслуга тут моя,
Кусай их, ведь она твоя.
В тебе надежда никогда не угасала.
Когда её сломили, только ярче засияла.