Двадцать первый
Уже не стоят, право, ни шиша.
Высоких чувств, увы, не обналичить,
В ломбард не сдать - не ценится душа.
В ресурс не включишь искренность без квоты,
Сочувствие и жалость с добротой.
Уже почти не встретишь идиота,
Что даром люд пускает на постой
Увидев, что он голоден и сброшен
Почти на дно по милости судьбы.
Не может жизнь, простите, быть хорошей,
Когда всё чаще правят бал жлобы.
И о любви зачем писать романы?
В одну строку уместится, что, мол,
Когда полны избранника карманы,
Ему готовы в сердце дом и стол.
Да полно! Неужели всё так скудно
Природа отпускает нам теперь?
Теперь ли?!
Ной своё заполнил судно
Лишь парами животных, - значит, зверь
Уже тогда святому мнился чище,
Чем рядом с ним толкущийся народ.
Мы до сих пор любовь и нежность ищем
Среди людей, а вечный небосвод
Глядит на нас с улыбкой древней притчи,
Чью соль умом, пожалуй, не понять.
Когда с Творцом не будет в нас отличий,
Тогда Земли коснётся благодать.
07.06.26
Свидетельство о публикации №126060706996
