У ручья

      У ручья

Когда встала алая заря,
Видел я девицу у ручья
Под ветлою нежной, а она
Словно соткана из серебра.
Соловей пел девице в ветвях,
И была любовь в её глазах.
Да, была: я так её хотел,
Только к ней я подойти не смел.
Ведь была она строга во всём:
В платье белом, с красным пояском,
Рукава в орнаменте, подол
Был разшит ведическим крестом.
Лик девицы одухотворён,
Он к возходу солнца обращён,
И, возвысив руки над собой,
Она стала с дивной красотой,
И явилось солнце – божество.
Разливая свет к земле, оно
Изменило всё, что есть на ней:
Затаился в кроне соловей,
Изпарилась дымка над ручьём,
Над заросшим травами жнивьём,
И прозрачным стал сосновый лес,
И лазурной стала синь небес,
У ветлы вдруг лист зашелестел:
Ветерок внезапно налетел,
Волосы девицы волновал,
Я стоял и всё чего – то ждал.
Развернувшись, девица пошла
Торною тропою до села.
Я решил: приду сюда опять,
Буду солнце с девицей встречать.
Я хотел за нею побежать,
Но в смущенье продолжал стоять.
На себя гляжу со стороны:
Синие узоры от иглы
На покрове кожном рук и ног,
Но узоры наносил не Бог.
К сигаретам тянется рука:
Тяга к наслажденью велика!
Мне б огонь стыда залить вином.
Может, и залью, и что потом?
Тяжело, но брошу вина пить,
Может быть, я брошу и курить?
Но никак узоры не стереть
- Человеком мне не умереть.