Разговор с Пушкиным в день его 227-летия

БАХИН:
– Что отмечаете вы, Пушкин?

ПУШКИН:
– Как это что? Известно всем,
За два столетия шагнувши,
Справляю двести двадцать семь.
Точней не я, меня справляют,
Чтут до сегодняшнего дня,
Мои творения читают,
Чтут и цитируют меня.
То – «наше солнце» именуют,
То – «наше всё» меня зовут,
Меня в России публикуют
И за границей издают.
А тут недавно одолжили
И сняли фильм про меня…

БАХИН:
– И как Вы фильм оценили?

ПУШКИН:
– По правде Вам сказать – фигня!
Всё предсказуемо и скучно,
Нет ни таланта, ни огня,
Ведь не таким был в жизни Пушкин,
И есть до нынешнего дня…

БАХИН:
– Каким был Пушкин?

ПУШКИН:
– Дерзновенным,
Непредсказуемым, живым…
Дружил, конечно, с кубком пенным,
Любил и был в ответ любим.
Любил дурачиться, смеяться,
Сидеть с друзьями за столом,
И ныне, должен я признаться,
Жалею только об одном:
Что век мой оказался краток,
Что я не всё, увы, успел…
Но вовсе не ропщу, понятно
Что так Всевышний захотел.

БАХИН:
– Ну, а о чём, скажите Пушкин,
Вы написали бы сейчас,
Когда б молчание нарушить
Шанс появился бы у Вас?

ПУШКИН:
–  О чём сейчас? Тут нет сомненья
И нет важнее ничего,
Чем написать стихотворенье
Об окончаньи СВО.

Я вижу славную победу
России над её врагом,
Как наши прадеды и деды
Мы вновь за правду бой ведём.
Уж сколько раз на нас Европа
Свою сколачивала рать,
Прикрывшись низменным поклёпом,
Что мы хотим их воевать.
Как жаль, что память им отшибло,
Кто этих войн всегда виной?
Европа, нас считая быдлом,
Шла много раз на нас войной.
И снова в русофобском раже,
Нас насмерть раздавить стремясь,
Пустила в бой хохлов продажных,
Чтоб кровь славянская лилась.
Нет, хватит, мы уж этим сыты,
Уж нас теперь не проведёшь,
В бою победном будут биты
И наглость недруга, и ложь.
Европа, мы теперь другие,
Урок мы выучили свой…
Запомните, вовек Россия
У вас не будет под пятой.

6 июня 2026