Книга роман Королева 19 часть 30 глава

Спускаясь по ступеням своего родового гнезда, Джонни направлялся к выходу. Тем временем, в своей опочивальне, Лукреция размышляла над выбором наряда. Алое платье казалось ей слишком дерзким, способным вызвать гнев королевы Анны. Возможно, стоило остановиться на нежно-голубом, дополнив его жемчужным ожерельем. Она задумчиво перебирала в уме варианты париков, соответствующих её возросшему статусу. В её сознании уже вырисовывалась картина полного триумфа: всё, включая самого Джонни, было в её власти. "Я выдержу", – решила она, – "и стану его женой, а не какая-то там юная испанская принцесса. Все козыри у меня на руках".

У парадного входа Джонни ожидал экипаж. Служанка, застыв в нерешительности, ждала дальнейших распоряжений. В саду, на скамье, сидел старик. Он служил конюхом, но был Джонни ближе, чем родной отец-король. Король редко улыбался сыну, предпочитая наставлять его, постоянно напоминая о необходимости держать себя в руках, особенно в пылу танцев.

Когда Джонни спустился, Лукреция уже была готова. Её наряд – нежно-голубое платье с полуоткрытым декольте – произвело на него впечатление. "Ты выглядишь как настоящая принцесса", – заметил он. Лукреция расцвела в ответ: "Я так рада, что могу тебя радовать". Они сели в карету, направляясь к королеве Анне, которая ожидала прибытия сына.

Прошло несколько часов. К обеду слуга принёс весть о приезде Джонни с Лукрецией. При упоминании имени последней лицо Анны изменилось. Маркиза, играя веером и держа чашку кофе одной рукой, произнесла: "Ваш непокорный сын поступил по-своему".

Джонни шёл по дворцовым коридорам, где пролетело его детство, потраченное болезнями и проказами, которые он устраивал учителям. Теперь, став взрослым мужчиной, он чувствовал, что ему не хватает сил противостоять матери. Лукреция шла под руку с ним. Слуга распахнул перед ними двери. Анна смотрела на них. "Сын мой, вижу, мои слова для тебя ничего не значат". "Я пришёл к вам", – голос Джонни дрожал, он не мог сдержать эмоций. "Говори со мной тише", – произнесла Анна.

Лукреция сделала шаг вперёд, оказавшись перед королевой. "Вижу, он дал тебе титул", – заметила Анна. Лукреция молча ответила: "Я лишь хочу быть его женой". "Что ты хочешь? Он никогда не женится на тебе!" – воскликнула Анна. "Какая дерзость! Следи за своим языком!" – резко обернувшись, Лукреция встретилась взглядом с королевой. "Не думай даже играть со мной", – её голос стал жёстче. "Все мужчины слабы перед женщинами, даже мой сын потерял голову".

"Сын мой, подойди", – позвала Анна. "Я хочу показать тебе портрет твоей будущей жены, Бетти Пейдж, которую ты никогда не видел. Она принцесса Испании, и твоя семья станет частью французской короны". Джонни взглянул на портрет. На нём была юная девушка лет семнадцати, с необыкновенным взглядом, словно передающим приветствие. "Какая красивая девушка", – прошептал Джонни, разглядывая Бетти Пейдж. Её красота, тонкая талия – он на мгновение забыл о Лукреции, стоявшей рядом.

"Вот видишь, сын мой, какая чистая роза достанется тебе. Какие красивые дети у вас будут. Она белокожая, с волосами цвета альбиноса, а глаза... посмотри на них, в них можно утонуть. Разве она не прекрасна? Разве твоё сердце не дрогнуло при виде неё?" Джонни взял портрет. "Я не ожидал, что она настолько красива. Разве королева, твоя мать, не найдёт красоты для своего сына?" Лукреция гневно сжала губы, понимая, что ей не сравниться с испанкой.

"Ты сам полюбишь свою жену, она станет твоим счастьем", – Анна победно улыбнулась Лукреции. "Ты проиграла. Мой сын полюбит Бетти Пейдж. Ему нужно лишь время". "Да, сын мой, она приезжает к нам завтра утром. Поэтому я и позвала тебя. Чтобы вы познакомились лично. Её отец, король Феликс Испанский, сам будет сопровождать свою дочь". Джонни слышал о короле Испании – мудром правителе, который долго обдумывал этот брачный союз. Он также знал, что король был искусным охотником, человеком строгого нрава, не баловавшим единственную дочь. Королева Кетрин Испанская, напротив, отличалась сдержанностью и любила вышивать крестиком. "Завтра у нас намечена охота в честь вашего союза. Что же до твоей Лукреции... ей здесь не место".




Джонни молча кивнул, его взгляд был прикован к портрету. В его глазах отражалось не только восхищение красотой Бетти, но и зарождающееся чувство долга. Он понимал, что его мать, королева Анна, всегда стремилась к укреплению династических связей и расширению влияния королевства. Союз с Испанией, с такой прекрасной принцессой, был бы значительным шагом в этом направлении.

Лукреция, чувствуя нарастающее напряжение, попыталась вновь привлечь к себе внимание Джонни. Она мягко коснулась его руки, но он, словно не замечая, продолжал рассматривать портрет. Её сердце сжалось от обиды и страха. Она видела, как меняется его взгляд, как в нём появляется что-то новое, чего раньше не было.

"Но, Ваше Величество," – начала Лукреция, обращаясь к Анне, – "я думала, что Джонни... что мы..."

"Ты думала слишком много, нахалка," – прервала её Анна, её голос был холоден и непреклонен. – "Джонни – наследник престола. Его личные желания должны уступать место интересам королевства. А интересы королевства требуют этого брака."

Джонни наконец оторвал взгляд от портрета и посмотрел на мать. В его глазах читалось смирение, но и некая решимость. "Матушка, я понимаю. Я сделаю то, что необходимо."

Лукреция почувствовала, как земля уходит из-под ног. Она видела, что её шансы тают на глазах. Она была готова бороться, но против королевы Анны и могущества Испании, казалось, у неё не было никаких аргументов.

"А что же я?" – тихо спросила она, её голос дрожал.

Анна окинула её презрительным взглядом. "Ты, Лукреция, была лишь мимолётным увлечением. Теперь пришло время для серьёзных дел. Ты можешь остаться при дворе, если будешь вести себя достойно. Но не рассчитывай на большее."

Слова королевы были как удар кинжала. Лукреция почувствовала, как по щекам текут слезы, но она старалась их сдержать. Она не хотела показывать свою слабость перед Анной. Она лишь молча отступила, чувствуя себя опустошенной.

Джонни, видя её состояние, хотел подойти, но Анна остановила его жестом руки. "Завтра утром мы будем встречать короля Феликса и принцессу Бетти. Подготовься к охоте, сын мой. Это будет прекрасная возможность для вас познакомиться."

Джонни снова кивнул, его взгляд на мгновение задержался на Лукреции, но в нём уже не было той теплоты, что раньше. Он чувствовал себя пойманным в ловушку обстоятельств, где его личные желания были принесены в жертву долгу и политическим амбициям.

Лукреция, не в силах больше выносить это унижение, поспешно покинула зал. Она знала, что её мечта о браке с Джонни рухнула. Теперь ей предстояло найти новый путь, новую стратегию, чтобы выжить и, возможно, однажды вернуть себе утраченные позиции. Но сейчас, в этот момент, она чувствовала лишь горечь поражения и холодное отчаяние. Она ушла, оставив Джонни и Анну наедине с их планами, которые навсегда изменили её судьбу.