Моя душа давно не высыпается

Моя душа страдает, плачет, мается,
Ища, порою, истины в вине.
Моя душа давно не высыпается,
Боясь быть кем-то сожранной во сне.

Но в мире нет убежища надёжного,
Пожалуй, кроме этих странных глаз,
Которые глядят так настороженно,
Как будто что-то вспомнили про нас.

Про общее с тобою наше прошлое,
Которое мы прожили не здесь,
Про общее плохое и хорошее…
Про общий наш с тобою тяжкий крест

- Скрывать все откровенья и наития
За пустотой привычных людям слов
И обсуждать их мысли и события,
Их новый мир, что нам давно не нов.

А по ночам – опять страдать и маяться,
Их миром искалеченной душой,
Которая давно не высыпается,
Томясь одною правдою большой

- Ввиду её другим несоответствия,
Её, возможно, пустят здесь в расход.
Она, как в океане, терпит бедствие,
А тело – как разбитый штормом плот.

Так, за принятьем блага мира ложного,
Нельзя ей расслабляться и на час.
Здесь просто нет пристанища надёжного,
Пожалуй, кроме этих умных глаз,

В которые войти без страха хочется
И раствориться в них, и видеть сны,
Спасущие её от одиночества
И от несоответствия вины.