Блеск и нищета куртизанок

Фарфоровый профиль, фальшивый экстаз на витрине,
Бальзаковский мрак оживает в застольной картине.
Сделка закрыта. Занавес. Маски сорваны.


Тратятся франки на фейки, банкноты на бледную плоть,
Эту жажду наживы ничем не дано побороть.
В будуарах плетутся интриги сложней паутины,
Где души картинны, а лица — лишь куклы из глины.
Никаких сантиментов, чистейший расчет и контракт,
Каждый стон здесь оплачен, и куплен здесь каждый контакт.
Это ярмарка тщеславия, брокеры чувств на торгах,
Где мораль потерпела крушение, рухнула в прах.
Эпикурейцы на сделках, гедонисты в кредит,
Твой статус — иллюзия, чек, что так ярко горит.

Припев
Блеск и нищета! Роскошь для слепых плебеев!
Внутри пустота, где давно сгнил Колизей их.
Монетизация страсти, инфляция клятв на крови,
Ты — икона престижа в империи без любви!
Блеск и нищета! Золото на гнойных ранах,
Трагедия скрыта в пустых, дорогих ресторанах.


Люсьен де Рюбампре в теле каждого нового сноба,
Тут высшее общество, но прогнивает утроба.
Магнаты, бароны, министры скупают фальшивый уют,
Но знают прекрасно, что им здесь за деньги соврут.
Бриллианты на шее сжимают гортань словно жгут,
И в этом театре абсурда все финала так ждут.
Кэш, пластик и пудра — их новая слепая вера,
Для каждого лорда найдется своя интерьер-гетера.
Мы все продаемся, вопрос лишь в цене и валюте,
Здесь искренность тонет в циничном таком абсолюте!


И когда осыпается грим на подушки чужие,
Остаются лишь цифры, пустые, немые, сухие.
Ты царица банкетов, но пленница в бархатных стенах,
Пульсирует яд в голубых аристократа венах.
Здесь нет победителей, каждый — заложник амбиций,
Заложник своих же придуманных, лживых традиций.



Припев
Блеск и нищета! Роскошь для слепых плебеев!
Внутри пустота, где давно сгнил Колизей их.
Монетизация страсти, инфляция клятв на крови,
Ты — икона престижа в империи без любви!
Блеск и нищета! Золото на гнойных ранах,
Трагедия скрыта в пустых, дорогих ресторанах!


Чек оплачен.
Сдача не нужна.
Снаружи блеск...
Внутри... нищета.