Клятва на Лунной стали. Часть5 - Город Условий

В Городе Условий торговали “потом” и “всегда”,
Там судьи носили улыбки, как маски из льда.
Мосты из расписок, ступени из старых долгов,
И каждый второй здесь свободен — пока не сказал лишних слов.

Там воздух считали по счётчику, радость — по дням напрокат,
А “правду” хранили в подвалах, как редкий, опасный заклад.
И даже молитва звучала, как просьба о скидке судьбе:
“Пускай будет легче молчать, лишь бы не видеть в себе”.

Я шёл сквозь витрины “правильно”, сквозь вывески “будь как они”,
И чувствовал: здесь даже тени подписаны чьим-то “верни”.
И Кольцо на руке тяжело, беззвучно училось дышать,
Как будто оно вспоминало, что можно не брать — а бросать.

Город Условий — где воздух в кредит, где надежда — залог,
Где сердце привыкло к ошейнику, будто так велел бог.
Город Условий — я вышел, не хлопнув дверьми:
Я просто не стал вашей подписью под чужими “люби”.

Правитель считал обещанья цепями для чужих запястий,
И мягко шутил про свободу — как про разновидность власти.
А Кольцо на руке всё тяжелее просило: “Смирись”,
И в этой улыбке я слышал: “Ты здесь не живёшь — ты держись”.

Он говорил: “Мы вас бережём” — и строил из слов караул,
Где каждый спасён от паденья — но к небу уже не шагнул.
И люди кивали, как свечи, горящие только “пока”,
И я различал их усталость — она тяжелее замка.

Я понял: их “мир” — это сделка, где жизнь — приложение к лжи,
Где сердце учат “не трогай”, где правду меняют на “жди”.
И если я стану “разумным” — я стану удобным огнём,
Который горит по команде и гаснет в положенный срок.

Город Условий — где воздух в кредит, где надежда — залог,
Где сердце привыкло к ошейнику, будто так велел бог.
Город Условий — я вышел, не хлопнув дверьми:
Я просто не стал вашей подписью под чужими “люби”.

И если меня догонят — пусть видят одно:
Я больше не их “потому что”, я их “всё равно”.
Пусть вслед мне кидают “вернись” — я слышу другое внутри:
Не “будь как мы”, а “будь жив”. И я выбираю: “Иди”.

Город Условий останется сзади — как выученный приговор.
А я унесу тишину — и свой некупленный спор.