Жёлтый рыцарь

Он вырос под ясным небом,
и туч грозовых не боялся,
он просто тянулся к свету,
ветрам легко доверялся,
влюблялся в тепло рассвета,
считая весну бесконечной.
А с солнцем — с прошлого лета —
был одуванчик повенчан…

Но вдруг загремели дали,
стал воздух тяжёлым от взрывов,
внезапно все люди стали
прощаться без слов красивых.
Просторы, где пели птицы,
накрыло свинцовое горе,
и маленький жёлтый рыцарь
покинул родное поле.

Он плыл над дорогой пыльной,
над крышами полными страха,
над погремушкой забытой,
над дымом чужого праха.
Не знал он границ и флагов,
не знал, кто здесь прав — кто виновен,
летел говорящим знаком,
что мир до сих пор не сломан.

Он падал на чьи-то лица,
на детские плечи, ладони,
пытался лететь, как птица…
но семя лишь землю помнит.
И там, где земля устала,
насытившись кровью и болью,
он тихо пустил начало
для жизни, спасённой любовью.

И если весной однажды
взойдёт обгоревшее солнце,
и жёлтый цветок отважный,
встречая тепло, проснётся —
поймёшь: то не просто ветер
приносит земные знаки,
а память сквозь смерть и пепел
старается жить без страха.
 
Так дом, потерявший стены,
возводится в городе снова,
и мир, пережив измену,
вновь ищет живое слово.
Пусть мир, как всегда, обманчив,
но солнце упрямо сияет,
желтеет вновь одуванчик —
и тьма понемногу тает.