Синица по имени Ираида

   На багровом ,уставшем от постоянных перемен, столе кипит жаркая работа над дипломом. Сколько таких дипломов было на нем написано уже не узнать. Да и не интересно. Каждое новое поколение «первышей» оставляет на нем свои имена. Банальная традиция. В душной комнате спасаются от жары и собственных дум о будущем три девушки.

   Каждая из нас в предвкушении счастливой жизни. Стоит объяснить, что любая девушка желает душ не по расписанию, ужин в скромном ресторане и просто скорее собрать сумку, сдать потасканный матрас, отдать ключи от комнаты надоедливому вахтеру. Уже никто и не думает о студенте с "физкультурного" из второй общаги или прочих глупостях. Все жадно ждут конца четырехлетнего пути. Четыре года жизни, которые ушли в никуда. Черт с ними... Только бы отдали диплом.

  Одной из девчонок была я. Худоба тех лет съедала меня. Она съедала не только меня. Хотя мне казалось, что все прекрасно. Выглядели мы достойно, как-будто родители давали нам больше, чем тысячу рублей на неделю. Сначала не хватало и на три дня, но мы быстро приспособились. Мы были живее, чем вся семья тараканов, которая хранила покои общаг из поколения в поколение. А к 4 курсу мы были гибкими и изворотливыми. Стены общаги, словно давали советы как жить в этом странном мире знаний и пороков.

  Именно в этот странный жизненный период стала прилетать Ираида. Этим красивым именем мы нарекли маленькую желтоспинную синицу. Птичка прилетала с весны. Старые рамы из -за бедности общежития мы затыкали ватой и тряпками, которые привезла из дома Аська. Она стала матерью нам всем. Такие созданы быть «хранительницами очага»,жить для семьи. Я уважала ее за эти несовременные качества. Аська готовила нам, но мы должны были собрать деньги и купить продукты в магазине «не у дома».
Ираиде нужна была вата для гнезда. Наше «гнездо» не обеднело бы, поэтому мы не возражали против ее набегов. Птица стеснялась и аккуратно садилась на шершавую раму окна. Окно часто было открыто. Жили мы на девятом этаже. Через месяц она осмелела и разобрала почти всю оконную рамку с левой стороны. Она оказалось сильной и даже нагловатой. Динара говорила, что мы зря ее прикормили. Динарку стало продувать. Она спала у окна. На второй месяц знакомства с хитрой и малодушной птицей, мы осознали, что она живет с нами. Уже знали, когда она прилетит и не удивлялись ее поведению. Она стала студенткой 4 курса. Чаще всего в гости она прилетала, когда я была одна. Она стала садиться на рабочий стол у окна. Отвлекала от выпускного занудного чата. Только вот читать надо было все. Староста не простит. Иногда казалось, что она внимательно смотрит, понимает проблемы этой комнаты, принимает участие в подготовке к последнему дню.  Последний экзамен был в июне. В тот день Ираида залетела в комнату и села прямо на железную перекладину моей кровати. Я испугалась хамоватой птицы. Ираида так никогда еще не делала. Сдалась ей моя кровать. Нам самим спать тесно.Странное желание синицы стать подругой настораживало. Я бы сказала, что вызвало чувство тревоги, но тревога быстро прошла. Любое непонятное мне чувство быстро проходило, если ей поделиться с Аськой. Вот и 4 года также прошли. Мы получили дипломы и наконец-то отпраздновали. Наши мучения окончились. Все утихло. Матрасы, ключи… мы оставили там все. Мы оставили там себя прежних. Выпускники уехали. Уже в сентябре от нас не останется там ничего, потому что мы не вписали на стол свои имена. Заботливые мамы «первышей» отмоют комнату от наших воспоминаний. Нас там больше нет.

  Прошел ровно год. Взрослая жизнь нравилась. Я получала наслаждение от каждого дня свободной жизни. Работа завлекла меня, и я не часто отвлекалась на переписки с бывшими соседками по комнате. Только вот в один день в кабинет залетела синица….Все в моей голове было ясно. Я четко понимала, что это не Ираида. На душе «заскулило». Это не Ираида… Птица села прямо на стол. Я вспомнила черные точки на лице нашей синицы. Это было именно лицо…с проницательными глазами. У многих людей нет столько жизни в глазах. А у Ираиды была жизнь. Птицу пришлось выпустить.
 
  Почти через месяц я потеряю все вместе со смертью любимого человека.Нашей свадьбе уже не случиться.Впереди меня ждал пожар, костер утраты.В тот день умер не он, умерло что-то во мне...

  Моя жизнь сможет выровняться только через несколько лет, но знала ли об этом Ираида? Знала ли она о моей судьбе? Могла ли она предупредить меня? Я не знаю. Возможно, она стала предвестником… А может это все пустые домыслы не самой лучшей ученицы филфака. Возможно, это была просто птица, которой нужна была вата из деревянной рамы нашего окна. Хорошо, что это окно было хоть кому-то нужно. Я помню Ираиду и сейчас. Большо она ко мне никогда не прилетала.