В соседних домах и в хрущёвках,

В соседних домах и в хрущёвках,
во дворцах из стекла и бетона,
где замертво падает счётчик
и растворяется дым этанола,
творятся разные судьбы,
появляются новые люди,
в горячке с помощью ртути
измеряются температуры.

В соседних домах и в хрущёвках
мы сидели с тобою в подъезде
и кнопку на сигах щёлкали,
нежности предаваясь, как в мессе.
Это было потайное свидание
В стенах советского урбана.
Не зная, что всё будет нормально,
о приличиях даже не думали.
 
Нас стены тайно подслушивали
и сыпалась с них штукатура,
ступени нам давали подушки,
а на батареях плыла политура.
Соседи тогда ещё спали,
а быть может кто-то не очень.
Повсеместно в районах спальных
сон часто бывает отсрочен.
 
Заметить последнее просто,
ведь в каждом жёлтом окне
свет, как будто подошва,
оставляет след на стене.
И на улице, и на деревьях,
и на проходящих снизу людей
от фонарей, словно как перья,
остаются частицы лучей.
 
Китайская стена домостроя
есть в каждом российском дворе.
За каждой дверью история
и она же в каждом окне,
в подъездах, пропитанных дымом,
в лифтах с рисунком помадой
есть картина нашего мира,
написанная будто поп-артом.
 
Каждый архитектор художник,
а хрущёвка теперь будто храм,
в который входят вельможи
куря сигареты, как фимиам.
Здесь всё совсем необычно
и приобретают новые краски
те вещи, что бывают привычны,
превращаясь в юности сказки.

17.06.2025