Все течет, все меняется

Я стою у глубокой реки,
Где по-прежнему сонные ивы
Прячут тайну в ветвях от тоски,
Где клялись мы и были счастливы.

Боль пронзает усталую плоть,
Но не лезвием ранено тело:
Мое сердце смогла расколоть,
Когда клятву втоптать Ты посмела.

В пальцах сжат мой невинный цветок,
Чьи шипы обжигали как свечи.
Передать его так и не смог,
Словно не было вовсе той встречи.

Череда наших чувств, наших дел -
Неужели всё стерто бесследно?
Мелкий дьявол душой овладел,
И гнездо свил в груди неприметно?

Вот и всё, наш нарушен обет...
А как громко о счастье кричали!
В осязаемой тьме меркнет свет,
Окружая годами печали.

Я смотрю, как струится река,
Унося за собой все страданья.
И слова, что даны на века,
Утонули в холодном молчаньи.

На затоне пустом ни души,
И плакучая ива вздыхает.
Лишь шиповник белеет в тиши,
И над грязью, поникнув, рыдает.

Примечание автора: Эмоции всегда стремятся возвести в абсолют свои переживания. Но за этими строками кроется ровная уверенность, что за тишиной спрятано лекарство.