О том, чему ты стал причиной

На улице одной, на солнцепёке самом,
Сидел мужчина, как его вам описать?
Есть вариант, сказать, что просто старый,
Но то, как видит глаз, так вам не передать.

Начну с седых висков и шрамов страшных,
Добавлю старую, но чистую одежду,
Улыбка лёгкая в глазах от недосыпа красных,
И взор, что обращает боль в надежду.

Нет, не подумайте, он подаянья не просил,
А просто отдыхал, тяжёлой жизнью утомленный,
Ни от кого и ничего не ждал и набирался сил,
Жил своей жизнью, независимой, достойной.

Но признаки в одежде и морщинистых руках,
Предательски в нём выдавали безысходность,
Хоть и неведом был ему какой-то страх,
Хоть и угадывалась в нём порода, благородность.

Шарахались прохожие, что-то шептали,
В сердцах. И многие лишь ускоряли шаг,
Вид леденящий душу не воспринимали,
Лишь потому что, он внушал всем страх.

И многие мгновеньем мысли возносили,
Творцу миров осознанную благодарность,
За то, что хоть когда-то не просили,
А Он в сравнении позволил жить прекрасно.

Через дорогу от него сидел и наблюдал,
За всем происходящем хлеба продавец,
О людях много знал он, но не понимал,
Того, что больше в уголках людских сердец.

Недолго думая, решил он подойти, спросить,
Найти ответ на мучивший его вопрос,
Ответ услышав, больше он не смог забыть,
Того, что бессознательно и сам в душе он нёс.

Так что же он спросил? "Скажи мне, брат?
Когда прохожие тебя чураются, пугаются,
Чему ты улыбаешься, чему бываешь рад,
И почему тебе всё это очень нравится?"

Ответ был идеален: "Я смотрю,
Как люди, глядя на меня благодарят,
Творца и в этот миг я их люблю,
За то, что они с Ним лишь говорят.

Благодарят они его за то, что только им,
Он не послал тех испытаний, ту судьбу,
Что я, в отличие от них, от всех, прожил,
И что в итоге не они, а я сейчас и здесь сижу.

Но, так или иначе, но являюсь я причиной,
Того, что их сердца, хоть и на мгновенье,
Склоняются пред властью Господа всесильной,
И увеличивают шансы на спасенье".

Тот, кто узнал и понимает мира обустройство,
Тот никогда не станет тратить своё время,
На то, чтобы приобрести среди людей господство,
Это не благо, лишь губительное бремя.