Мои мама и папа

Пятнадцать лет отделяли то лето от огненного вихря Великой Отечественной — войны, изменившей всё.

Она приехала в шумный миллионник из тихого курортного городка, залитого солнцем Пятигорья. Её манил ритм большого города — индустриальный гул, стремительность машин на проспектах и мелодичный перезвон трамваев, такой непохожий на спокойное течение провинциальной жизни.

Тогда, на заре шестидесятых, жизнь кипела не в квартирах, а на улицах. Телевизор был ещё диковинкой, и люди спешили в парки, скверы, на бульвары — туда, где царило живое общение, где можно было видеть блеск глаз и искренние улыбки.

И он увидел её. Это была любовь с первого взгляда, с первой секунды. Её красота была ошеломляющей. Парни во дворе, обычно бойкие и разбитные, замирали, провожая её восхищенными взглядами. Вмиг они превращались в самых что ни на есть благовоспитанных юношей. Все поняли: во дворе появилась своя королева. Но его авторитет был законом, и соперников у него не нашлось.

Они были молоды, и будущее, чистое и светлое после военных бурь, манило их. Они доверились времени, неслись ему навстречу — и между ними вспыхнула та самая искра, что разжигает костры, горящие всю жизнь.

А ровно через год, в самом начале вдохновляющих шестидесятых, на свет появился я.
Но это, как вы понимаете, уже начало совсем другой истории.