Не могу молчать

Пять часов — и снова летят, летят, летят.
Этот гул не спутаешь ни с чем, поверь:
он въедается в стены, ползёт в рассвет,
превращая в осколки распахнутую дверь.

Мы живём посреди этих дней — не во сне,
в самой гуще, где воздух горчит и дрожит.
Кто-то шепчет: «Не может быть так на земле»,
а земля всё трясётся и тихо кричит.

На батарее висит старый, сшитый свитер —
будто если держаться за тёплое, то пронесёт.
В коридоре темно, только тусклый дрожащий свет,
и время застыло на пяти утра, и не идёт.

А потом кто-то щёлкает выключателем — и будто ничего.
Будто не было этого гула, будто не дрожала земля.
Выходят на работу, поправляют пиджак у порога,
смотрят в телефон, хмурятся: «Опять пробки, блин, с утра».

А завтра всё повторится — ровно в тот же час,
тот же гул, как ржавая петля, затянется опять.
Я кричу в небо: «Остановите это сейчас!»
А небо привычно молчит.

Ничего. Свитер ещё тёплый —
значит, рассвет обязательно будет.