Когда-то нас разорвала бомба

11.04.2026 — «Надежда»


Весеннее солнце начало пробиваться сквозь шторы, пока я спала.
Земля прогревается медленно, ей надо дать время.
Ты понимаешь, но с собой себя так не ведешь.
Себя ты коришь за медлительность,
Обижаешь за недостатки.


Кажется, вероятность на улучшение крайне мала.
Но ты тут, а значит имеешь представление об изменениях в поведении.
Заполняешь пустые листочки, тесты; иногда дневники ведешь.
Таблетки давно стали обыденностью, пропала их деланная прелесть.
Вспоминаешь об остатке на счете в банке.


Как легко дышится в больнице.. словно ты тут была рождена.
Здесь стираются границы, ты живешь путешествуя по одному коридору, медленно теряя свое Я.
Ты понимаешь, что так нельзя; это порицается, но ты уже второй месяц не понимаешь, куда идешь.
На месте. Время застыло. В чем прелести? Что значило это слово когда-то? Может, то чувство, когда мы в детстве играли в прятки?


Я здорова? Нет.. не может.. я точно больна.
Почему кто-то до сих пор хранит память о том, какой я когда-то была?
Держаться за прошлое.. будто сгнившее яблоко ешь.
Может, они скучают? Хотя, ясно же,
Для меня это лишь простая лесть.
Я теперь — одна? Забываю, постепенно забываю всё. Скоро я забуду и ваши лица — в памяти остатки.


Обед, ужин, завтрак. Чем я наполняю себя?
Сливаюсь с кроватью, сливаюсь со стенами;
Кажется, вы уже не видите меня.
Руки прозрачны, под глазами синяки растянулись на пол-лица, дневники ты уже давно не ведешь.
Не коришь никого за медлительность,
Не замечаешь недостатки.


Голова пуста. Мысли будто спят, я их не будила.
Ветер дует из открытого окна, — я прислушиваюсь, пытаясь услышать шепот сознания.
Тишина. Мимо пролетают мыльные пузыри — самые большие пальцем лопаешь.
Ты видишь вашу схожесть;
Уже и не вспомнить себя: были ли у меня когда-либо недостатки?


Табула раса.
Былые мечты.. может, яхта, уносимая далеко-далеко голубыми волнами и теплым южным ветром?
В груди будто что-то дернулось. Может, частичка меня где-то дышит?
Теплится. Хоть у чего-то осталась надежда.
Яхта.. да, кажется, когда-то я мечтала прежде.
Смотрю в окно. Птицы откуда-то щебечут.
Я исследую глазами города остатки.


Бомба. Когда-то нас разорвал; бомба.
Но это было давно: улицы пусты, фонари разбиты.
Меня.. неужели меня спасли?
От судьбы не убежишь.
На полу осколки зеркал. Это что, бальный зал?
Хромая койка. Поднимаю осколок. Равнодушно оцениваю взглядом ладонь, перебинтованную после потери двух пальцев.


Я неполноценна. Я уже не годна.
К чему.. Бог, почему ты спас именно меня?
Голова тоже перебинтована, запёкшаяся кровь слиплась с волосами.
Волосы повсюду.
Волосы. Длинные.
Такие длинные. Неужели когда-то это считалось красивым?
А в прочем, к чему теперь волосы. Ищу осколок поострей.


Десятки сантиметров путаных и грубых прядей падают на пыльный бетонный пол.
Кажется, в этом месте давно никого нет.
Меня оставили. Я слилась с бальным залом. Теперь я — его часть, мы существуем лишь вместе и никогда больше не разъединимся.
Я танцевала здесь? Жила ли я этим делом?
Равнодушие. Как же все надоело.


Голод. Кажется, мать часто раньше употребляла это слово.
Вода. Я хочу воды. Холодной. Чистой.
Глаза метались по помещению, пока ненароком не наткнулись на тело.
Замер. Он замер: стоит и просто смотрит на меня. Будто я жертва, которой уже не сбежать.
От судьбы не убежишь.


Страх. О нем мне теперь ничего не известно.
Я замерла и жду. Так же, как и он. Это игра.
Кто сделает первый шаг? Кто сделает шаг, чтобы изменить настоящее?
Он вроде бы что-то говорит. Я, не вникая, делаю шаги в его сторону. За столько лет.. впервые я делаю шаги в чью-то сторону.
Кажется, я все же способна влиять на настоящее.
Как же он тих.
Парень. Симпатичный, молодой.. интересно, сколько мне сейчас лет?


Мысли роем атакуют меня. Внезапно, словно прорвавшаяся плотина.
Голова.. голоса, я слышу.. много. Говорят..
говорят, говорят, говорят, говорят… Прекратите.
Уши прикрываю руками. Я хочу кричать, но крика не слышу. Только их.. только голоса.
Он касается плеча. Мои ладони в свежей крови.
Он говорит. Его губы шевелятся, он словно что-то спрашивает.


Помутнение. Что-то не сходится.
Из десятков грохочущих голосов я пытаюсь выцепить один единственный — его.
Я вглядываюсь в его глаза, сопоставляю.
Нет…
Осознание. Вмиг, словно я больше не имею вкуса.
Они оставили меня. Знакомо.. говорили ли это те души, которых прошлая я старалась приручить? А впрочем…
Но он продолжал говорить. В тишине. Неужто…
Оглохла?
Бомба.. однажды на нас нарвалась бомба.
Эта война никого не щадит.


Странно. Кап-кап.. бетон подо мною. Капли на бетоне.
Дождь? Нет,  для дождя маловато. Как же это раньше?…
Тепло. Теплая рука. По щекам. Он понял.
Он больше не разговаривает.
Объятия. Его лицо мне даже близко не известно.
Я не знаю.. я ничего не знаю!
Но я порывисто повторяю его движение.


История. Кажется, я перестаралась. Мои руки будто знают, нет.. они помнят больше.
Я просто позволила им вспомнить.. то, чем они когда-то жили. Того, кем они — возможно — когда-то жили.
Я слишком близко.
Сила. Вцепилась в него, как в родного отца..
А он не отходит. Я сжала его так сильно, как только способны были сжать что-то матерчатое мои слабые, поломанные руки.
Спокойствие. Я все еще существую?


Храм. Кажется, это мое спасение.
Отец. Призрачный облик. Чего еще лишила нас эта бессмысленная война?
Я вглядываюсь в лицо. Я хотела воды.
Источник. Вода. Он — вода.
Чужое.. нет, это не отец. Мой отец мертв
Неужели.. от судьбы правда не убежать?
Я гляжу на себя в остатки зеркал: перебинтованная, грязная в кровавой разорванной одежде, с жалким остатком былой роскоши волос, глухая и без двух пальцев правой руки.


Глаза снова на него.
Я улыбаюсь.
Вода. Свет. Спокойствие. Храм. Защита.
С его губ я читаю слова: я. тебя. защищу.
Искренность. Улыбка. Надежда. Будущее.
Бег окончен.
Я наконец вздохнула и, разжав кулаки, заплакала вместе с уставшим небом.