Не надо волноваться, все схвачено, дружище...

Не надо волноваться, все схвачено, дружище.
Заканчивай бессменно шагать туда-сюда.
Наш граф самоуверен, заносчив и напыщен, –
С такими очень просто, я знаю, совладать.

Всего лишь нужно титул себе присвоить громкий,
Камзол надеть получше, взять перстни напрокат.
Но важно тут искусно пройти по тонкой кромке:
Ты будто очень знатен, но все же небогат.

А дальше разговоры о книгах и погоде,
Помянутые к месту большие имена...
Ты знаешь, как лютует наш граф в своих угодьях?
Как самый настоящий подземный сатана.

То всадит наконечник под печень бедолаге –
Да так, что сразу треснет добротное копье.
То в пламени служанку подержит, как бумагу,
Взирая плотоядно на молодость ее.

Там все дрожат от страха и дружно лечат раны,
Но наш неугомонный свою имеет страсть:
Он хочет стать придворным, надушенным, румяным,
Чтоб к давней даме сердца в прихожую попасть.

Ведь там такая шея, ведь там такие губы...
По правде, очень пошлый у знойной дамы вид.
Но вот какое горе – король его не любит.
Да что там – не выносит. Ее – боготворит.

Граф часто приезжает, слоняется поодаль,
Она к нему выходит, садится в экипаж.
И он ей, представляешь, свои читает оды,
Хоть уши закрывает стоящий рядом паж.

И дама принимает подарки и объятья,
Но все-таки уходит без всякого «люблю»,
Легко взбивая кудри, разглаживая платье...
И снова достается обжоре-королю.

А графа жутко бесит, что их все время трое.
Король – соперник сильный, хоть страшен и пузат.
Скажи ему весомо, что все легко устроишь,
Спасешь его влюбленный и очень скорбный зад.

Задорого, но быстро. С гарантией железной.
Зови его в таверну, прелестницей маня.
Возьмешь сундук с деньгами и сразу же исчезнешь.
Запомнил план, дружище? Куда ж ты без меня...

Богатых мы не грабим: проблем потом ведерко.
И бедных не тревожим, ведь сами из таких.
Но есть вот этот нелюдь, таких мы будем дергать,
Как дергают на грядках любые сорняки.