Монолог. Искра Вечного Менестреля

«Пусть тлен и мрак раскинут свои сети!» —
Так он вскричал, бросая вызов тьме.
«Пусть буду я для них пустой забавой,
Игрушкою на час, забытой поутру!
Я подарю им свет! Я стану искрой,
Что вызовет улыбку на устах,
И, может статься, этот робкий луч
Укажет им спасительную гавань!»

Так шли года. Он странствовал, любил,
Был предаваем, изгнан и забыт.
Он обретал миры — и вновь терял их.
В часы тоски иль в светлые мгновенья
Он брал перо. И в свой тяжелый том,
В тетрадь, что цветом мрак ночной напоминала,
Вплетал слова сонетов и баллад.
Иль брал он лютню, и под тихий стон
Серебряных, отзывчивых тех струн
Рождалась песнь: о синих сводах неба,
Об изумрудах девственных лесов,
О бриллиантах утренней росы!
Он пел о солнце, месяце-скитальце,
О нерушимом братстве и любви,
И о печали тихой по ушедшим.

Но вот иссякли черные листы...
Свеча его земных часов истлела.
Окончив труд, он взял свой инструмент
И вышел вон, навстречу небесам.
Он растворился в пурпуре заката,
Ступив на лестницу из облаков,
Что привела его в чертог безмолвья,
Где дух его обрел святой покой.

Так мне вещал мой мудрый, старый дед,
И взор его лучился неземным,
Фаворским светом! Я спросил: «Что дальше?»
Старик с лукавым щуром отвечал:
«Внемли, дитя! В тиши ночей подлунных
Еще звучит гармония чудная.
В ней — мудрость звезд, тепло родного крова,
Костер в лесу и клятвы верных душ.
Кто раз услышит музыку небес,
Тот сам вмиг станет вечным менестрелем!
Ему откроются все тайны духа,
Он будет вхож в заоблачный чертог,
Послушны станут струны всех сердец
Тому, кто верит в Истину и Свет!»

И чудится мне: в тишине полночной
Я слышу этот отзвук неземной!
Симфония Времен мне полнит грудь
Благой надеждой. И во мгле сердечной
Вдруг разгорается живая искра —
Тот дар небес, что скрыт в любом из нас.
Святая цель — раздуть тот светлый пламень!