Дитя девяностых. Поэма

Книга Ездры 9-8…и просветил глаза наши Бог наш, и дал ожить немного в рабстве нашем…

Дитя девяностых
(Поэма)

Песнь первая
1
Покалечило время жестоко
То, что создал Советский народ;
Коммунизм у нас рухнул до срока,
Капиталу свободный дав ход;
Но остались следы прошлой славы
О могуществе нашей державы,
О которой уже в эти дни,
Лишь напомнят руины одни.
Сам рождён я был до «Перестройки»,
Но уже не смогу никогда
Я забыть про «лихие» года,
Как учился я в школе на тройки,
Как порой спотыкался во тьму,
Познавая мир по своему.
2
Было рядом полно предприятий
Да район из трудящихся был,
Мой папаня на Химкомбинате
Себе должность тогда раздобыл.
А потом, когда выросли цены,
Он податься решил в бизнесмены;
В этом деле он был несравнен,
Но, увы, жертвой стал перемен.
Многих эта эпоха сгубила,
Изменились в итоге и мы:
Повлияла на наши умы
Капитала продажная сила:
Нам вдолбили, что в жизни отрад,
Достигает лишь тот, кто богат!..
3
Но чуждаюсь я той чертовщины,
Благ иных находя для души!
Возвратился я сам из чужбины,
Отсидев за свои кутежи.
Для меня эти долгие годы
Не хватало родных и свободы;
Всем невзгодам противостоя,
Вспоминал я родные края.
В это место проник я впервые,
Так как долго искал нужный вход.
Здесь когда-то был крупный завод -
Мощь и честь городской индустрии!
А сегодня, сквозь бум временной,
От него веет славой дурной.
4
Каждый шорох услышишь во мраке,
На полу коль одно барахло;
То наступишь на край железяки,
А под ней с шумом треснет стекло.
Вот тогда встрепенёшься от страха,
Вспоминая Христа и Аллаха,
Но, почувствовав крест на груди,
Тот оставишь кошмар позади.
Раньше здесь производство бурлило,
А теперь всюду полный бедлам!
Хорошо стало нашим врагам -
Обратив крепкий тыл наш в могилу!
С виду кажется, «Армагеддон»
Опустился на этот район.
5
Мне потомков становится жалко,
Коль представлю дальнейший итог,
Ведь река у нас тоже как свалка,
А вокруг удушающий «смог»!
Современники слепнут от моды,
Забывая про сущность природы,
Кто б решился их дух всколыхнуть,
Направляя на истинный путь.
Я сюда заглянул не случайно,
Подтолкнул меня внутренний зов:
Эти ветхие стены цехов
Покрывает какая-то тайна!
Сам завод в прошлом тем знаменит,
Что для избранных был лишь открыт!
6
Поросла территория сором,
В черте города прямо «содом»!
Стоит дать мне намёк волонтёрам,
Чтоб собрали здесь металлолом.
Сколько тонн его брошено даром
По цехам, по путям и ангарам...
Да пора всё в приёмку снести,
Чтоб порядок кругом навести.
Мест таких многовато на свете,
Но в Сибири их более всех!
Для меня каждый брошенный цех,
Возвышается на постаменте!
Я, пронзив в мыслях времени мглу,
Вижу, как шла борьба здесь в тылу.
7
Я, когда ещё был мальчуганом,
Проходя здесь с друзьями, видал
За колючкою насыпь кургана,
А на ней - боевой арсенал.
Там ходил часовой с автоматом,
Увидав нас, обрушился с матом
И, оружием нам пригрозя,
Прокричал, что сюда нам нельзя.
В стороне были вспаханы нивы,
Но не видно там было дорог,
Вдоль периметра тёк ручеёк -
Углублённый и неторопливый.
Мы, заметив идущую рать,
Попытались оттуда удрать.
8
Но солдаты - народ простоватый:
Нас приметив, чумазых, в пыли,
Смех подняли, бросая цитаты,
Будто мы обожрались земли!
После помню, как через колючку
Отправлялся какой-то в отлучку,
А другой, продолжая дозор,
С нами дружеский вёл разговор.
На полях вдалеке шли работы,
В середине был маленький лес,
Солнце ярко светило с небес,
Птицы пели душевные ноты.
Мы тогда, там весь день проведя,
Возвращались домой нехотя.
9
Много лет с той поры пролетело,
Но запомнил я тот эпизод!
Жизнь тогда здесь бурлила умело,
И счастливым казался народ!
А сейчас, какой стала Россия,
Не даёт мне покой ностальгия;
Потому оказался я тут,
Чтоб отдать дань прискорбных минут.
На путях поржавели вагоны,
Что стоят здесь с Советских времён;
Я, как будто, смотрю страшный сон,
Видя вымершим пункт населённый.
Только чёрные тучи ворон
Мне кричат что-то злое вдогон.
10
Ну да ладно, о прошлом не плачут,
Его с гордостью мудрые чтут!
А себе я поставил задачу:
Подобрать подходящий маршрут.
Много мест позабытыми стали,
Где я в юности пофестивалил.
Мне охота, не зная преград,
Отсчитать четверть века назад!
А пока надобно перерыва,
То закрутит меня суета,
Покидаю я эти места,
Полный бодрости и позитива.
Я не ведаю, что впереди,
Но дорогой прямой мне идти.

Песнь вторая

1
Чтоб увидеть край обетованный,
Всю дорогу я шёл напрямик:
Не встречались мне больше поляны,
Где когда-то бил чистый родник.
Там стоял уже лес заболочен,
Ни народ был не виден, ни скот,
Вместо прежних дворов у обочин
Цепенели столбы от ворот.
Отошла от меня эйфория,
Разум мой охватила тоска;
Мне почудилось: сбился с пути я,
Путь держа сюда издалека.
Но, сменив мысли и интервал,
До погоста уже пошагал.
2
Он, застыв на краю небосклона,
Привлекал своим образом взор.
Я, ступая наверх напряжённо,
Расширял позади кругозор.
Я до боли уже был уставший,
Но другое казалось важней:
Моя бабушка здесь жила раньше
До конца своих старческих дней.
Её «близкие» похоронили,
Я же жил, нарушая закон;
А сейчас, находясь у могилы,
Я воздам ей нижайший поклон.
Я ценю её нынче слова,
В них она оказалась права.
3
Я был глуп в детстве и непослушен,
По хозяйству ей не помогал,
От безделья бил вечно баклуши,
Не стремясь заработать похвал.
А она от зари до захода
В свои мудрые семьдесят лет,
Скот держала и два огорода,
Чтоб я только был сыт и одет.
Пролетели весёлые годы,
Многих смерть за собой унесла;
Я был долго лишённый свободы
За пороки и злые дела.
Но, раскаявшись после в былом,
Сделал в жизни своей перелом.
4
Тут она отдыхает, родная,
Наконец-то её отыскал!
Я, о прошлом теперь вспоминая,
Понимаю, что был я нахал!
Оттого меня совесть заела,
Что мне нечем себя оправдать,
Ведь в то время я жил неумело,
Не берёг ни её, и ни мать.
А они за меня лили слёзы,
Только я это не понимал,
Предо мной были метаморфозы:
Кореша, кутежи, криминал…
Но, с годами, когда повзрослел,
Стал презренным мне этот удел.
5
Я в себе уничтожил проныру,
Добродетель взял за идеал:
Путешествовать начал по миру,
Чтоб найти своим чувствам причал.
Захлестнули меня перемены,
Ко всему я познал интерес:
Мир наш развитый и несравненный,
Он таит много тайн и чудес!
Вдаль бегут полноводные реки,
Унося за собой канитель,
Жизнь меняет черты в человеке,
Перед ним ставя новую цель.
Чтоб не бросило в круговорот -
Остаётся стремиться вперёд!..
6
Я сюда шёл по меридиану,
Километров полста прошагал;
Не случилось мне даже, болвану,
Хоть какой-нибудь сделать привал.
Я обратно свои серенады,
Как тетерев, природе пропел;
Не страшны мне казались преграды,
До досады мне не было дел!
Но от ран уберёг мои ноги
Мимо ехавший вдаль лесовоз:
Он меня, подобрав на дороге,
До развилки ближайшей подвёз.
Я, пройдя через трудность и страх,
Очутился в родимых местах.
7
Здесь, на кладбище, в облике леса,
Голоса раздаются внутри:
То услышишь рычание беса,
То звучащее вслед попурри.
Мёртвым сном спят его постояльцы,
Прожив век человеческий свой;
Комары, словно преторианцы,
Охраняют здесь лес вековой.
В нём таятся различные блага,
Но доступные лишь знатоку,
В нём, гуляя среди полумрака,
Можно сбиться на каждом шагу.
Я мальчишкой любил в нём бывать
И о жизни своей размышлять.
8
А внизу тут стояли когда-то
Деревенские избы кругом!
Этот край буду помнить я свято,
Потому что и мне он был дом!
Земли здесь красовались лугами
Посевных и других площадей,
Здесь звучала гармонь вечерами,
Здесь я знал много разных людей!
А сейчас, после долгой разлуки,
На душе моей скорбь от могил:
Никого здесь нет больше в округе -
Кто уехал, а кто не дожил!
Видно, после паденья рубля
Непригодной здесь стала земля.
9
Но уверен я в том абсолютно:
Многим надобен был переезд,
Потому что здесь жить стало трудно,
Не имея работы и средств!
Всё разрушила тёмная сила,
Погрузив в беспорядок страну:
Власть про волю народа забыла,
Дав в устройстве своём слабину.
Ну, довольно, нет время в запасе,
Над погостом восходит Луна;
Мне придётся уйти восвояси,
А то страх донимает сполна.
Тьма находит, и боязно мне,
Быть здесь с мёртвыми наедине.
10
Не найдя себе рядом ночлега -
Не сошёл я от страха с ума, -
А пустился до города бегом,
Осторожно спускаясь с холма.
У меня после этой путёвки
Мысли все уходили к еде;
Проведя больше дня в голодовке,
Я спешил быть к утру в слободе.
С двух сторон лес стоял неподвижен,
Месяц видимость мне освещал,
С каждым шагом я был уже ближе,
Как хромой, свои ноги таща;
А под утро меня самосвал,
Проходя по пути, подобрал.


Песнь третья

1
Я, когда добирался до дома,
На душе становилась истома:
Приближалась моя сторона,
Вслед смотрели торговые лавки,
Вдоль дороги реклама одна,
Светофоры и автозаправки…
Сам я в прошлом недолго здесь прожил,
Много где, потому что бывал!
Повышая свой потенциал,
Повидал всюду разные рожи.
Здесь ещё не нашлось мне работы,
Но виной не моё резюме,
А желание личной свободы
Больше заняло места в уме.
2
Раньше маятник был я на деле,
Не имея своей параллели.
В прошлом, в пропасть когда угодил,
Повидал всякой дряни и дури,
Но в итоге свой обнажил пыл,
Найдя радости в литературе.
Но она ни рубля мне не дала,
Лишь лишила покоя и сна,
Но душа стала отвлечена
К достижению оригинала.
Я свободный, никем не гонимый,
В жизни что-то могу подчеркнуть,
Но финансы мне необходимы,
Чтобы жить, продолжая свой путь.
3
Отдохнув у себя на подворье,
Я на стройку устроился вскоре,
Как подсобным рабочим пока:
Не имея ни опыт, ни стажа,
Но с усердием ученика,
Для строительства и демонтажа.
Перед этим в другие конторы
Меня тоже хотели принять,
Но решил я часы не терять
На поездки и переговоры.
Мне трудиться теперь предстояло
Без прогулов и без косяков,
На строительстве водоканала,
Ежедневно по десять часов.
4
Как закончился час перерыва,
Я продолжил работать с порывом.
Снова необходимо бежать,
Выполнять поручения босса;
Про него я могу лишь сказать,
Что слывёт он здесь за кровососа.
С первых дней я в инициативе,
Перед ним на педаль свою жму,
Показаться стараясь ему -
Эффективней и трудолюбивей.
Пусть сегодня трудиться устану,
Пробивая их трубопровод,
Но я с лирой своей не расстанусь,
У меня к ней особый подход.
5
Вечерами, придя после смены,
Начинаю я труд вдохновенный.
Взяв остатки с растраченных сил,
Мастерство, доброту и отвагу,
Что за день в голове накопил,
То кладу прямиком на бумагу.
Отогнав от себя негативы,
Превращающих нас в дикарей,
Начинаю я мыслить мудрей,
Как работник свободолюбивый.
По-другому смотрю я на вещи,
Ко всему вывод делая свой:
«Мы по глупости всякой трепещем,
Словно чей-то продукт целевой!»
6
На дворе пока жаркое лето,
Есть мотивы кругом для сюжета,
Описать их - одна благодать!
Показав их черты и фрагменты,
Чтоб они просочилось в печать,
Заслужив себе аплодисменты.
Но уже не поёт моя лира -
Я, походу, её променял,
Став рабом за чужой капитал
У какого-то там бригадира!
Он на днях, от вина подогретый,
Мне устроил публичный скандал:
Говорил то, что наши поэты
Недостойные ныне похвал.
7
Но поэты к себе меня звали,
Когда вечер организовали!
Но, со стройки усталым придя,
Мне пришлось отказаться в итоге,
Отвечая им полушутя,
Что вернулся из дальней дороги.
А вчера в часы дня трудового,
Подуставши терпеть произвол,
Плюнул я и с работы ушёл,
Ни сказав на прощанье ни слова.
За работу расчёт мне не дали -
Да и чёрт с ним, я не обеднел!
Не устраивал я фестивали,
Не творил, как они, беспредел!
8
Не найдя для себя перспективы,
Стал испытывать нервные срывы:
Воздух грязный и пробки вокруг,
Крупный город - сплошная досада:
От его не укрыться услуг,
Да за всё платить денежку надо!
Я за месяц пять раз был устроен,
Но повсюду ярмо и дурдом!
В одном месте я сделал погром,
Как ни раб, а как истинный воин.
А в другом, мне пришлось от обиды,
Свою силу в ответ применить:
Там сидели презренные гниды,
Чтоб на деньги людей разводить.
9
Но с законом я был аккуратен,
Даже чьих-то добился симпатий;
Добродушный использовал тон,
Улыбался и брал на заметку,
Что на будущность предупреждён,
Если что, отсижу пятилетку!..
Посещать начал библиотеки,
Как способный интеллектуал,
А ещё дома сделал спортзал,
Чтобы быть в упоительной неге.
В голове появляются темы,
Время личное их развивать,
Всё бы классно, но только проблемы
Без финансов приходят опять.
10
Но от жизни я не унываю,
А всегда её трезвой справляю,
Даже «веганство» стало в чести!
Но подсунула власть паразита,
Хочет он под ярмо подвести,
Сделать «челядь» с простого пиита.
Я с народом готов за идею,
Хоть в огонь, хоть на валку в тайгу,
Но за алчность воров - не могу,
Ведь талантом от Бога владею.
Ничего, не пропасть мне задаром,
Во мне гений бурлит по ночам,
Под его скоро рухнет ударом -
Зло и ложь как от паралича.

Песнь четвёртая

1
Целый месяц прошёл бестолково,
Словно самый тупой сериал!
Я очнулся и на ноги встал,
В себе силы почувствовав снова.
Моя жизнь здесь текла суетливо,
По мозгам докучал негатив,
Но явилась инициатива,
Вдохновляя мой дух на порыв.
Я на вахту поехал в итоге,
Размещённой на Дальнем Востоке,
Чтоб срубить за труды капитал.
Мне купили билет на дорогу,
Я к вокзалу быстрей стартовал,
Чтобы прибыть положено к сроку.
2
В детстве быть приходилось в Приморье:
Туда мама возила меня,
Там у нас проживала родня:
Тётя Валя и дядя Григорий.
Мне известно, что он был учёный,
А она по стрельбе чемпион;
Находился их дом в гарнизоне,
Вход туда был чужим воспрещён.
Это место было в глухомани,
Но запомнил я несколько зданий,
Что стояли средь рощ и садов.
Я играл там и бегал повсюду,
Загорал у морских берегов,
Видел множество разного люда.
3
Поезд шёл мой до Владивостока,
Я тихонько в окно наблюдал,
А когда проезжали Байкал,
То к себе испытал подоплёку.
«Каждый раз о нём пишут поэты,
Восхваляя его благодать,
Он, на столько рядов перепетый,
Что мне слов ему не подобрать…»
Я, рюкзак прихватив и баранки,
На ближайшем сошёл полустанке,
Чтоб его ощутить аромат!
Он меня, взбудоражив водою,
Дал огромный душевный заряд,
Что я сам заблистал красотою.
4
Остальной день провёл я на пляже,
Разведя для ночлега костёр,
А потом подошёл рыбнадзор
При оружии и в камуфляже.
Но, не видя во мне криминала,
Восвояси они отошли.
Вскоре я, завалившись устало,
Слушал пение чьё-то вдали.
Пальцы, нежно на струнах играя,
Издавали мелодию рая,
Женский голос мечты волновал;
Он меня, будто, звал за собою,
Подавая условный сигнал,
Чтобы с жизнью кончал холостою.
5
Я всю ночь провалялся бессонно,
Размышляя о всякой брехне,
У меня был пустой портмоне,
И садился заряд телефона.
Но я, веря в свой разум и силы,
Подбодрив себя, прямо сказал:
«Для меня день не будет унылым,
Я имею важней идеал!»
А потом, для души и порядка,
Начал делать уже физзарядку,
Чтоб настроиться на позитив;
Но в конце я подпрыгнул бодряще,
Снял портки и пошёл на прорыв,
Погрузившись в Байкал леденящий.
6
Хорошо стало мне, но тревога
Донимать продолжала опять;
Оставалось мне лишь уповать
На себя и на Господа Бога.
Он надёжный попутчик и верный,
На людей я надежд не держу:
Они замкнуты и лицемерны,
Все услуги их - по платежу!
Одиноко идя до перрона,
Себя чувствовал опустошённо
Без копейки, от дома вдали.
Но, увидев там кучу народа,
Чтоб поднять хоть какие рубли,
Встал я около главного входа.
7
Я читать начал стихотворенья
В людном месте, у всех на виду,
Находясь словно в полубреду,
От себя прогоняя сомненья.
Я имел в своём репертуаре
Много личных стихов и баллад,
А теперь, чтоб остаться в наваре,
Надо было зажечь маскарад.
Мне прохожие мелочь кидали,
Только сами не осознавали,
Как моё сердце рвётся с груди.
Я ж на это пошёл по причине,
Чтоб билет себе приобрести,
Оказавшись в такой чертовщине.
8
Обстановка была не по теме,
Мой дебют мало чем привлекал,
Был ему обеспечен провал,
А ещё срамота перед всеми.
Но стоял я как на пьедестале,
Во весь голос неся монолог,
Но грошей мне пока набросали,
Чтоб купить себе хлеба кусок.
А одна нетипичная дама,
Затрезвонила, как пилорама,
Выражаясь мне на прямоту:
Записала меня в лоботрясы,
Будто я излагаю туфту,
Через жалость влияя на массы.
9
Целый день тёрся я у вокзала,
Чтоб себе на дорогу собрать,
А когда стала ночь подступать -
Моя лира уже замолчала.
Барышей накидали мне мало,
К тому часу перрон пустовал;
На вокзале мне спать предстояло,
Завершая лихой карнавал.
Возле кассы считая монеты,
Я про цены спросил на билеты
В Красноярск и на Владивосток.
Услыхав их, пропала опаска,
Я с кармана достав кошелёк,
Заказал прямо до Красноярска.
10
Поезд ехал до края родного,
Я на ярусе верхнем лежа,
Себя чувствовал, как с кутежа
Возвращаюсь внеочередного.
Вахта мне оказалась не к спеху,
Но зато пригодился Байкал!
Было много среди друзей смеху,
Когда я про вокзал рассказал.
А потом у меня стало в моде
Читать вирши свои в переходе,
Уходя от житейских забот.
А ещё стал мне мир интересен,
Как живёт наш Российский народ,
Чем ему я могу быть полезен.

Песнь пятая

1
Я постарше её ненамного,
Но друг друга мы стоить должны!
Темперамент её - как от Бога,
А сама она, как недотрога,
Приходить начала в мои сны.
Познакомились мы в переходе,
Когда снова там жару поддал;
А она, недовольная вроде,
Подняла мне нелепый скандал,
Оскорбляя меня при народе.
А виной всему стало искусство,
Что затронуло женское чувство:
Сердце, страстно забившись в груди,
Не смогло мимо чуда пройти!
2
Сам я холост и в нейтралитете,
Жизнь свободную трезво веду,
Мои силы и разум в расцвете,
Но почти не бываю я в свете,
Предпочтя шумный отдых труду.
Для неё заявил я открыто,
Выражаясь при всей доброте:
«Вы, наверно, сама Афродита,
Только нервы вредят красоте
От такого невзрачного вида!»
Мой ответ для неё стал понятен,
Извинилась она в результате -
Не вступая в бессмысленный спор,
Перешла на другой разговор.
3
Мы узнали во время беседы,
Кто чем дышит и кто как живёт.
Я читал ей на лавке сонеты,
А под вечер, уже разогретый,
Подарил со стихами блокнот.
Она выглядит как балерина,
Я сражён был в итоге всерьёз,
А зовут её Жукова Нина.
Я тогда, уходя, произнёс:
«Вы мне очень понравились сильно!»
Всё закончилось, как в мелодраме:
Обменялись мы с ней номерами,
Прерывая взаимную речь,
Попрощались до будущих встреч.
4
Мне она ещё малознакома,
Но поймал с ней мощнейший заряд:
Мою плоть охватила истома,
Мне хотелось в судьбе перелома
И страстей, что нас соединят.
Испытав к ней тогда наслажденье,
Не сумел подобрать нужных слов;
Меня начали мучить сомненья,
Я считал, что ещё не готов
На серьёзные с ней отношенья.
А пока в человеческой массе
Её вижу сюжетом фантазий,
Вспоминая о ней поутру,
От лица прогоняя хандру.
5
Когда день был для нас расположен,
Мы ходили с ней на карнавал;
Я тогда на виду у прохожих,
За её ухватившись ладоши,
Неожиданно поцеловал.
Я чуть не заработал по глазу,
Не сумев удержать свой порыв.
Поцелуй оказался не к часу,
Но зато мне вернул позитив,
Изменив настроение сразу.
После этой прогулки в итоге
Провели мы с ней ночь на протоке,
Найдя тихое место в кустах,
Позабыв про бесстыдство и страх.
6
Мы нарочно пошли на природу,
Чтоб любви разгорелась искра!
Но дождались к утру непогоду,
Когда дождик усилившись сходу,
Поливать начал как из ведра.
Нам пришлось уноситься оттуда,
По кустам пробивая маршрут.
Становилось на улице худо:
Тучи чёрные, как страшный суд,
Надвигались, свирепствуя люто.
Мы при быстро нахлынувшем шквале,
Как безумцы со смехом бежали,
Я кричал ей в тот миг через смех,
Что она восхитительней всех.
7
Долетев прямиком до квартала,
По своим разошлись сторонам.
Мелкий дождь теперь капал устало,
Солнце ярко светить начинало,
Слышен стал человеческий гам.
Дома я, как мечтатель матёрый,
Сев легонько за письменный стол,
Проникать начал мысленно в горы,
Чтоб увидеть небесный престол,
Бесконечные наши просторы.
Чтобы шлось веселее там в ногу,
Я её взял с собою в дорогу,
Чтоб сквозь трудности и холода,
Оставалась со мною всегда.
8
Может, думать о том ещё рано,
Но давно я пытаюсь дерзнуть:
Без боязни и самообмана,
Где по-прежнему всё первозданно,
Проложить свой назначенный путь.
С нею мы как жених и невеста,
Вместе двинемся на звездопад,
Там для нас уготовлено место -
После преодоленья преград,
Взять реванш на венце Эвереста!
Ну, а сам собираюсь я вскоре,
Посетить Красноярское море.
Может быть, она тоже со мной
В путь отправится очередной?
9
Ждёт нас в будущем с ней одиссея,
Продолжительный летний поход:
Подойти к нему стоит смелея,
Начиная его с Енисея,
А потом продвигаясь вперёд.
Нас порадуют в тех приключеньях
Много славных и добрых ночей.
Как мне «дороги» станут мгновенья,
Где, себе обретая друзей,
Получать будем мы вдохновенье!
Но пока всё является это
Настоящей причудой поэта;
Посмеётся она лишь в ответ,
Услыхав от меня такой бред.
10
Мне пришлось поискать счастья в мире,
Я на разных дорогах бывал,
По одной идя ориентире,
Я его находил чаще в лире,
Набирая в пути интервал.
Самому мне немногого надо,
А талант небесами мне дан.
Нина станет моею отрадой,
Запылает наш с нею роман,
Зазвучав затяжной серенадой.
Мы, мечтами сойдясь благосклонно,
Бросим корни в садах Аполлона,
Где для нас у подножия гор,
Я воздвигну прекрасный шатёр.

Песнь шестая

1
Потихоньку бежали недели,
Каждый день я труду посвящал,
Поменяла земля акварели,
Когда хмурый октябрь настал.
В это время забыв про проблемы,
Продолжая свой творческий путь,
Я старался сюжетом блеснуть,
Размышляя на разные темы.
Вспоминал про отдельные годы,
Что растрачены были зазря,
Когда цену не ведал свободе:
Но которым, лишь благодаря,
Проходя через все испытанья,
Приобрёл себе нужные знанья.
2
Я теперь пребывал в эйфории,
Находя наслажденье в стихах,
Во мне чувства играли благие,
Восклицая на нежных ладах.
К Нине стал я ходить вечерами,
Но не только беседы водить,
А уже чтобы ночь проводить,
Разделив ложе с ней в её храме.
Обещал, что возьму её в жёны,
Как доход себе приобрету,
А то бедностью я окружённый.
Мне она тогда на прямоту
Отвечала, не отводя взгляда,
Что со мной ей и бедность в отраду.
3
Она много меня раз просила,
Чтоб о жизни своей рассказал:
«Где бывал, что со мной раньше было,
В чём являюсь профессионал?»
Я был честен, на эти вопросы
Отвечая ей искренно вслед:
Что на всё даю чёткий ответ,
Избежав многословия прозы!
Но к стихам её мало тянуло,
Я цитатой тогда добавлял:
На волнах я был, словно акула;
А как грунт под собой обретал,
Становился на крепкие ноги,
Направляясь по главной дороги.
4
Но скрывал свои прежние раны,
Что обрёл на неверном пути;
Они стали бы ей нежеланны,
Боль смогли бы душе нанести.
Да тем паче, уж после былого,
Я со временем их залечил,
Направляя свой творческий пыл
На борьбу против зла мирового.
Продолжал я бывать в переходах,
Пока в край не пришли холода,
Но стоял там не ради дохода!
Там моя загоралась звезда,
Шёл туда, чтоб добиться признанья,
Проходя через все испытанья.
5
Я держался своей вертикали,
На карман не беря ни рубля:
Что прохожие мелочь кидали,
То на Сборник откладывал я.
Не искал я себе мецената
Средь богатых на то должностей;
Уповал я на честных людей,
Что узрят во мне друга и брата.
Много кто меня не понимали,
Но на это я не возражал,
Им неведомы были детали!
Взяв призвание за идеал,
Начинал через эту методу
Открывать своё сердце народу.
6
Будний день проводил я без Нинки,
Приходилось до вечера ей
В гипермаркете, словно на рынке,
Продавцом быть различных вещей.
Лично я не люблю магазины,
Как соблазны и как суету,
Обхожу их порой за версту,
Чтоб достигнуть духовной вершины.
Она часто меня приглашала
К ним работать, но я не желал
Выдвигаться под чьё-то начало.
Пусть способный у них персонал,
Но нельзя мне сегодня на деле,
Отступать от своей параллели.
7
За упорство своё в результате
Я добился того, что хотел:
Сборник мой появился в печати,
Только в нём я не видел предел!
Он явился, как друг идеальный,
Разнося мои мысли другим.
Стал ещё один необходим,
Чтоб начать путь профессиональный.
У меня он был в оригинале,
Но обратно финансы нужны
Для его публикации стали.
Тот, раздав по друзьям и родным,
Не обрёл для себя гонорара,
Ведь делиться желал божьим даром.
8
Я опять на мажорной шёл ноте,
Позитивные приняв тона,
Отдаваясь любимой работе,
Всей душой и свободой сполна.
Проводя в одиночестве дома
Среди книг, вдалеке от проблем,
Для себя я открыл много «тем»,
Давший мощный толчок для подъёма.
Целью стало своё совершенство,
А не только к искусству любовь,
Хоть к нему испытал я блаженство.
На стихи мысли ложились вновь,
За собой впечатления звали,
Находясь в наивысшем накале.
9
Не искал я себе этим самым
Личной выгоды или почёт,
Мне Поэзия стала бальзамом
От тоски и душевных невзгод.
Чуял я, что востребован миру,
Что сошла на меня благодать,
То, что должен теперь созидать,
Не бросая свою ориентиру.
Обо мне мир, конечно, не ведал,
Но об этом я не унывал,
А стремился к не взятым победам.
Пусть пока я в искусстве был мал.
Но надежды во мне созревали,
Уводя от безумств и печали.
10
Во мне крепли они с новой силой,
Избавляя от прежней хандры.
Осень эта к концу подходила,
Застилая снегами дворы.
С Ниной соединились в итоге
Мы, как устья великой реки:
Чтоб пройти через все тупики,
Уготовленных в дальней дороге.
Предстояло ещё мне без лени
Потрудиться во имя добра,
Не упав перед злом на колени.
Муза была со мною щедра,
Ей хотелось, чтоб я плодовито
В своей сфере достигнул зенита.

Песнь седьмая

1
В эту зиму в сети интернета
Часто я себя публиковал,
Залетая туда, как ракета,
Где прекрасной строфою сонета
Добивался любви и похвал.
Там читателя было прилично,
Но и критики - тёмная рать!
Кто-то мог ни черта не понять,
А потом что-то высказать лично.
Я смотреть на дела начал шире,
Развивая своё ремесло:
Много несправедливого в мире,
Через чьё-то добро или зло,
Человечество преподнесло.
2
Не позволю пройти себе мимо,
Где бесчинствовать будет закон!
Пусть невежеством стану гонимый -
Защищать правду необходимо,
Даже если противник силён!
Гложет правда рассудок поэта,
Поднимаясь всегда на дыбы
И не видит себя без борьбы,
Когда мир затмевает от света!
Где ей станут другие не рады,
Пострадает там от клеветы,
Но пройдёт сквозь любые преграды,
Взявши совесть и разум в щиты,
Чтоб добиться своей правоты.
3
Для себя не обрёл кто начало,
Тот утащен судьбой был на дно.
Я достиг своего ареала,
Хоть и критика как-то сказала,
Что поэтом мне быть не дано.
Нет вкусней и приятней нектара,
Что нисходит на нас от богов,
От него становлюсь я готов
Превратить искру в пламя пожара.
На природу глядя с наслажденьем,
Что-то сродное чувствую к ней,
Ведь я тоже её рук творенье.
Но досадно, что от дикарей,
Жить ей стало сегодня трудней.
4
Тяжело с её вырваться плена,
Только мысли толкают вперёд.
Я могу вам сказать откровенно:
Вдохновенье поэта бесценно,
Но и важно, каков станет плод!
Не любому окажется в пору
Музой данный «лавровый венок»,
Но возьмёт его стройностью строк -
Тот, кто чувствам даст больше простора.
Мой «Пегас», ударяя в копыта,
Мчится вдаль, в глубину самых грёз…
Я ищу чистоту колорита
И ответа на нужный вопрос,
Отдаваясь работе всерьёз.
5
На душе забурлят переливы,
Загорятся от страсти глаза.
Принимаясь за труд кропотливый,
Я иметь будут прерогативы,
Чтоб творить иногда чудеса.
Я вести себя стану открыто,
Не тая ни восторг, ни печаль,
На свою опираясь мораль,
Вспоминая про то, что забыто.
В этом нет никакой позолоты,
Это жизнь и душевный настрой:
Я всё время пишу от охоты,
Поразмыслив своей головой,
С пользой день проводя таковой.
6
Я таким стал, конечно, не сразу,
На меня повлиял мир людей:
Вышел я из рабочего класса,
Где блуждает не только зараза,
Но и знания поводырей.
Много раз я сбивался с дороги,
Но наклонность имел к одному:
Жить по совести и по уму,
Перед истинной падая в ноги!
Этим самым обрёл я опору,
Когда стал чуть с годами мудрей:
Я уже подниматься стал в гору,
Во все стороны глядя трезвей,
Избавляясь от чуждых идей.
7
Я ищу только нужные знанья,
Чтоб в пути не уткнуться в тупик,
Проходя череду испытаний,
Уделяя побольше вниманья
В изучении правильных книг.
А стихи – это не увлеченье,
Это наиглавнейший мой труд!
Без него меня страсти зовут
В приключения или в сраженья.
Но сдержав в своём сердце отвагу
От открытой борьбы с чуждым злом,
Весь порыв выложу на бумагу,
Где, направившись в бой напролом,
Быть в отряде мне передовом.
8
Я другим себя не представляю,
Чужд мне мир, где привыкли молчать!
Путь идёт мой «по самому краю»,
Где явленья вокруг освещаю,
Взяв перо, как меча рукоять.
Мне оно стало средством защиты
От апатии и суеты:
У поэзии – мысли чисты,
Если силой душевной излиты.
У меня возросли идеалы,
Но они смехотворны сейчас.
Мой герой будет трезв и удалый,
Не преступник и не ловелас,
Встав в борьбу за трудящийся класс.
9
Он народ за собою потянет
Иноземцев прогнать со страны:
Захватили её басурмане,
Столько лет от нас требуют дани,
Словно ими мы побеждены!..
Возмутятся тогда патриоты,
Услыхав про подобный удел:
Соберутся в едино, кто смел,
Да устроят им мордовороты!
Наш мужик до поры лишь спокоен,
Хоть как лошадь его запрягли,
Но придёт день, когда русский воин,
Протерев АКМ от пыли,
Всех прогонит с родимой земли!
10
Снова странствия звали куда-то,
Хоть стоять продолжала зима,
Но я к ней относился предвзято,
Не боясь на пути снегопада
Да и сгинуть в мороз задарма.
Мне хотелось взглянуть на природу,
На замерзший её регион,
Чтоб расширить свой диапазон,
Полной грудью вдохнув кислорода.
А то город противен от смрада,
Все дороги в нём загружены.
Пусть на улице будет прохлада -
Я не стану приход ждать весны,
Мне сейчас наши рощи нужны.

Песнь восьмая

1
Не струхнувши январской метели,
Я пошёл достигать своей цели,
Нина тоже - на пару со мной.
Но потом пожалела в итоге:
То в лицо, то попутно в дороге
Обдувал нас циклон ледяной.
Но, прибавив немного напору,
Мы удачно поднялись на гору,
Где отлично нам виделся низ.
С высоты, оглядевшись сначала,
Мы узрели кругом парадиз:
Цепь хребтов и могучие скалы,
А ещё город из-за кулис,
Облечённый в дома и кварталы.
2
А по югу уже перед нами
Весь ландшафт был наполнен холмами,
Всё под снегом лежало вокруг.
Но бросался в глаза повсеместно
Лес угрюмый, раскинутый тесно,
Наводящий на лёгкий испуг.
Мы достигли высокого склона,
Чтоб друг другу промолвить влюблённо:
«Как приятно нам вместе вдвоём
Быть вдали от мирского соблазна,
Этот день проводя с торжеством,
Когда солнце опять светит ясно;
Забывая о всяком дурном,
О чём лили мы слёзы напрасно!»
3
В моих мыслях гуляли мечтанья,
Глядя на красоту мирозданья,
Мне казалось, что это был сон.
Я подобное видел впервые,
Оттого был в большой эйфории,
Улыбаясь, глядя в небосклон.
Ты теперь не кричала от злобы,
Уходя по колено в сугробы
Да и я песни петь перестал.
А на улице похорошело,
Под ногами лежал перевал.
Тут уже нами страсть овладела:
Мы, устроив короткий привал,
За любовь нашу принялись смело.
4
День продолжился наш похотливо
На камнях прямо возле обрыва,
Где нас видеть мог только Творец.
Правда, помню, на высокогорье -
Скалолаз показался в обзоре,
Восходящий на самый венец.
Мы за ним наблюдать сразу стали,
Оказавшись мгновенно в накале:
Его подвиг нам кровь взволновал!
Подбираясь уже к середине,
На страховке, держа интервал,
Направлялся с упорством к вершине,
Чтоб взойти на её пьедестал,
Где ещё, может, не был в помине.
5
Я на это смотрел восхищенно:
Тот герой был достоин поклона,
Что сумел побороть лень и страх!
Он, презрев на опасность подъёма,
Себя вырвал из тёплого дома,
Чтобы в наших остаться сердцах!
На часах было четверть второго,
Мы прогулку продолжили снова,
Расширяя вокруг кругозор.
Больше мы никого не встречали,
Но утратить не смели задор,
Потому что нас ждало в финале
В быстром темпе спускание с гор,
На свои нажимая педали.
6
Но пока путь нас шёл по хребтине,
Был заметен посёлок в долине,
Рядом с ним вдаль бегущий ручей.
Воздух чистым струил ароматом,
Находились мы высоковато,
Даже виден нам был Енисей.
А мороз волновал понемногу,
Нам хотелось к «Бобровому логу»
Преуспеть до заката дойти.
Растянувшись по горным массивам,
Он стоял в километрах пяти,
А звала нас инициатива!
Но, чтоб к часу туда добрести,
До него шли мы без перерыва.
7
Ты идти за мной не успевала,
Оттого временами ворчала,
Сожалея об этом турне;
Называла меня безобразно,
То, что день потеряла напрасно,
Что находимся мы в западне.
Не успели мы вовремя к сроку
Подобраться к «Бобровому логу»,
Ведь уже пропадал свет дневной.
Но дошли мы до спуска крутого,
Он с накатанной был колеёй.
Не упасть чтоб с холма ледяного,
С высоты нам с тобой таковой,
Предстояло спуститься толково.
8
Очень жаль, что мы санки не взяли,
Чтоб лететь вниз по диагонали,
Возвращаясь к стезям городским.
Но зато станут нам в утешенье
Принесённые в дом впечатленья,
О которых расскажем родным.
Но впоследствии, от перепуга,
Мы нашли ДВП друг для друга.
Скользкой стала дорога назад!
Мы неслись вскоре по косогору,
Под вечерний лихой снегопад.
Становилось всё больше простора,
Опускался на землю закат,
Впереди ожидал шумный город.
9
Мы опять его жизнь ощутили,
Как увидели автомобили
В часы пик на проезжем пути.
Весь проспект был окутан в тумане,
Поспешали домой горожане,
Чтоб с работы покой обрести.
Мы с тобой тоже сильно устали,
Ведь весь день по горам прошагали,
Пред собою не видя преград.
Я себя чувствовал напряжённо,
Но походу был искренне рад.
Если честно, готов был свободно,
Получив после ночи заряд,
Вновь сходить туда непринуждённо.
10
Раньше был я слепее слепого,
Рядом края не видя родного,
Отчего буду зрячее впредь!
Сколько я бы создал добрых песен,
То, что он раскрасив и чудесен,
Стоит только его рассмотреть!
Возвратившись домой после стужи,
Мы устроили радостный ужин,
Отойдя от бессмысленных дел.
Я, потом подойдя к тебе с тыла,
Потихонечку рядом подсел.
Помню, как ты меня поманила.
Бросив всё, я тобой овладел,
Ожила во мне львиная сила.

Песнь девятая

1
Романтичный поход был прекрасен,
Мы туда ещё снова пойдём,
Как появится время в запасе:
Красота там повсюду кругом,
И по лыжной катаются трассе!
Только ныне другие заботы,
Разыгрался крещенский мороз;
Ну, а Нинку прогнали с работы:
Не явилась, когда вызвал босс!
А вообще, не её была смена,
Вот от злобы она не пошла!
В этом я виноват, непременно,
Что сказал ей тогда откровенно,
Что у них там одна кабала!
2
«Кабала – это рабство, по сути,
Где трудящийся будет не прав!..»
Этим мозг я её взбаламутил,
Ведь дерут с них за всякое штраф,
Словно «быдло» они, а не люди!
Никакой нету личной свободы,
Непонятливость и суета,
Ни на что тратишь лучшие годы,
Своего не жалея хребта!
А итог, как всегда, в притесненье,
Над которым стоит капитал.
Отчего могут быть униженья,
Преступления и сокращенье,
Да, без всякой причины скандал.
3
Не скажу я, что все паразиты,
Среди них есть и люди порой:
У таких будет труженик сытый,
При жилье и в работе герой,
Защищённый от всякой обиды!
В наше время повсюду соблазны,
Нет доверья уже никому;
Я не спорю: работники разны,
Равнодушные есть ко всему!
Жизнь таких пролетает презренно,
Не найдя для себя благодать,
А должна она быть как арена,
Где в ней надобно одновременно,
Защищаться и сдачи давать!
4
Вскоре жизнь подарила проблему,
Без грошей Нинка сходит с ума
Да ругается часто не в тему;
В голове у неё кутерьма,
Не даёт мне закончить поэму.
Но нужда оказалась сурова:
Мне поэму отложить пришлось,
Чтоб работать устроиться снова,
Зная то, что пойду на авось.
А с работой помог мне приятель,
Дав мне адрес конторы одной,
Где меня принял работодатель
На фасады, при сдельной оплате,
Моментально в день очередной.
5
Я таким доверяю не очень,
Среди них тоже бродит «говно»!
Но нуждой я был так озабочен,
Что работать пошёл всё равно,
Ведь ему нужен разнорабочий.
Да, тем более, он уверял там,
Что работы на месяц всего;
После этого будет расплата,
Не обделит в деньгах никого.
В этот день я сходил до бригады,
Чтоб немного проветрить мозги;
Оказались ребята мне рады,
А объект для «Универсиады»
Нам пришлось вместе делать с руки.
6
Впятером мы трудились вначале,
Но народ стал тянуться ещё,
Чтоб бригаду мы сформировали.
Я в работу был весь поглощён,
Дрель имея в своём арсенале.
Со спецовкой у нас было туго,
С инструментом всё та же беда,
С первых дней заканючила вьюга,
А за ней поднялись холода.
Правда, не ожидал я такого,
Но таил возмущенье пока,
Выполняя свой труд образцово,
Не сказав никому злого слова,
На себя взяв роль ученика.
7
Мы работаем без перекуров,
Нет «курящих» в бригаде у нас!
Я делиться стал литературой
В коллективе в обеденный час,
Чтобы жизнь не казалась так хмура.
В феврале день пошёл на прибыток.
Я, освоив в работе азы,
Стал к труду подходить деловито,
Без причин не пуская слезы.
Нам хотелось закончить всё к сроку,
Заработав достойно за труд,
Мы не видели в этом мороку,
Ежедневно бригадой шли в ногу,
Взяв смекалку себе в атрибут.
8
Наш начальник был скользкого нрава,
На Чубайса изрядно похож!
Взгляд его выделялся лукаво,
В разговоре мне слышалась ложь,
Если он рассуждал с нами здраво.
Он уже наперёд строил планы,
Обещая больших перспектив.
Но нам всем было не до обмана,
Мы стремились в труде на прорыв.
Иногда он просил нас до ночи
Задержаться во время эксцесс;
Мы немного в ответ побормочем,
Но в конце оставались, короче,
Так как личный стоял интерес.
9
Но испортились с ним отношенья
После просьбы начислить аванс.
Обещал выдать нам в воскресенье,
Но боясь, как сказал, наших пьянств,
Изменил в тот же день своё мненье.
Я тогда ему бросил с досады,
Что непьющий у нас коллектив,
А обман и задержка зарплаты
Сеют панику и негатив!
Он дал клятву, что выдаст под вечер,
Но в итоге, как вышло, соврал:
Оттого был в неправде замечен!
Хоть просили мы по-человечьи:
«По двадцатке, чтоб каждому дал!»
10
Со спецовкой вообще стали беды,
Сколько раз потому был вопрос!
Он однажды, в процессе беседы,
Бригадиру в ответ произнёс,
То, что «быдло» мы и дармоеды!..
Я, услышав, не выдержал всё же
И мгновенно ему заявил:
«Говорить так о людях негоже,
Даже если ты труд их купил!»
Но меня он, считая дебилом,
Лишь молчанием дал отворот.
Так хотелось разбить ему рыло,
Но работа к концу подходила,
Впереди ждал нас полный расчёт.

Песнь десятая

1.
Выполняли труд на стройплощадке
Люди зрелые и молодёжь,
Каждый день, вырываясь из кож,
Чтобы всё оказалось в порядке.
Но меня посещали догадки,
Замечая сокрытую ложь:
Он удавится лучше за грош,
Чем работникам купит перчатки!
Но обратно летели недели,
Он всё более нас избегал,
Хоть всё сделано было на деле.
От бездействия каждый устал,
Стали мы выражаться открыто,
Что попались в ловушку бандита.
2
-«Мы наткнулись на жулика, видно?
(Заявлял я об этом парням) -
Он уже показал себя сам,
Отказав нам в авансе бесстыдно!
Он его лишь «бугру» выдал скрытно,
Не желая давать его нам;
Тот допущен к различным делам,
Чтоб на нас повлиял, очевидно!..»
Но с «бугром» он ошибся, походу,
Тот от нас ничего не скрывал,
А его разделил с нами схода.
Озадачен наш стал персонал.
Мы, толпой обсудив все детали,
Суматоху на стройке подняли.
3
Оказалась она уже кстати:
Завершив весь процесс монтажа,
Не увидели мы платежа,
Не готов был начальник к оплате.
А живёт он сам как в шоколаде
От строительства и грабежа!
Взбаламутилась наша душа,
И пошли до него мы в досаде,
Но охрана к нему не пустила,
А потом он куда-то пропал,
Ведь грозила ему наша сила.
Мы, в итоге закончив скандал,
Возвратились домой мрачноваты,
За труды не имея зарплаты.
4
Никому не досталось расчёта,
Даже месяц когда пролетел!
Мы увидели в том беспредел,
За который столь пролито пота!
Но ему в том не будет почёта!
Если честно, то я не хотел,
Но ребята подали в отдел,
Заявленье на этого чёрта.
Правда, труд наш был без договора,
Но улики имелись у нас
С обвинением выступить хором.
Не утративши взаимосвязь,
Понадеялись на исключенье,
Сохраняя большое терпенье.
5
На суде меня ждали ребята,
Да и жулик тот тоже пришёл.
Зачитали потом протокол,
И пошла речь его адвоката.
Но закончилось всё чревато,
Ожидал нас опять произвол,
Суд по-своему факты учёл,
Оправдав этого экспоната.
Он надменно смотрел в наши лица,
Уходя, мне в глаза произнёс,
Что пора мне на землю спуститься…
Разозлился тогда я всерьёз,
В моём разуме всё помутнело,
Тут я принял решение смело.
6
Не сумев удержаться в итоге,
Не вступил я в бессмысленный спор,
А ему вынес свой приговор,
Одного задержав на дороге.
Я с ним был, как положено, строгий,
Потому, что хитрец он и вор!
Оттого я встал наперекор,
Ведь закон наш упал ему в ноги.
Я не ждал от него извиненья,
А ударил ключом прямо в глаз,
Чтоб на этом закончить сраженье!
Заорал он тогда напоказ...
Увидав, что пошло дело худо,
Побежал я скорее оттуда.
7
Я, связавшись с такой чертовщиной,
Ради правды шёл на самосуд;
Для закона тот жулик был крут,
Для меня же - обычной скотиной.
Я решил сразу сдаться с повинной,
Но домой свой направил маршрут:
Прихватить кой какой атрибут,
На прощанье увидеться с Ниной.
Я обнял её прямо с порога,
Но про случай ничто не сказал.
Не случилось у нас диалога!
А когда я рюкзак собирал,
В оправдание бросил цитату,
Что на вахту поехал по блату.
8
Но в картине было продолженье:
Я собраться спешил в аккурат…
Тут, конечно, примчался наряд,
Выполняя долг предназначенья.
Она двери открыла в смятенье,
Ну, а те сразу дали расклад,
Вынося уже свой компромат
За свершённое мной преступленье.
Ничего она не понимала,
Да и я ей сам не объяснял,
Что сейчас стал виной криминала.
Я с собою «насущное» взял:
Впереди испытания ждали,
На душе появлялись печали.
9
Уловив злую боль в её взгляде,
Не сумел я себя оправдать,
Предстояло мне в жизни опять
Потерять годы в лагерном смраде.
Не достоин я был антипатий,
Ведь пришлось мне за истину встать.
Прихватив по пути свою кладь,
Извинился за всё в результате.
Нина сильно тогда зарыдала,
Участкового предупредив,
Чтоб во всём разобрался сначала.
Тот ответил, что не детектив,
То, что выглядит всё странновато,
Что закон соблюдать надо свято!..
10
Новый срок ждал меня теперь, вроде,
Но пока это не был финал:
Не сражённый судьбой наповал,
Я ещё был способен к свободе.
И пускай жизнь покатит не в мёде,
Я готов хоть на лесоповал,
Повышая свой потенциал
На природе и при непогоде.
Я вперед созерцал с вдохновеньем,
А вдали для себя видел свет,
Как какое-то средство спасенья.
Я и в лагере буду - поэт!
Проявляя к «обиженным» милость,
Ко всему требуя справедливость.

Эпилог

1
Здесь мне времени стало с достатком,
Я в поэзию весь погружён,
Пусть не очень удобно и сладко,
Но зато охраняет закон.
Жду суда и надежд не теряю:
Вдруг меня в этот раз оправдают,
Ведь за правду пошёл я на зло,
Когда ложь высоко занесло.
Мне про жулика пишут ребята,
Что в больнице лежит он пока,
Что уже ему наверняка,
Не забудется та неуплата.
То, что вновь они подали в суд,
Что огласки тот факт предадут.
2
Мой поступок иметь начал место:
Даже смелый какой-то герой
Выступал у тюрьмы в знак протеста,
Чтоб меня отпустили домой!
А ещё Нина мне написала,
Что в слезах говорила ей мать:
Что судить того надо шакала,
Мне же орден какой-нибудь дать!!!
Мой сокамерник после такого
Президенту письмо накатал:
«Что по жизни я сделал толково,
Заслужив этим самым похвал!!!»
Ну, а мне от такой громкой славы,
На тюрьме было не до забавы.
3
Не имел я достойной защиты,
Ведь ещё там сидели бандиты,
Для которых обычный поэт -
Что-то вроде дурного примера:
От меня снисходил на них свет,
Накалялась вокруг атмосфера!
Находились там авторитеты,
Что привыкли за счёт «слабых» жить.
Я не мог им того допустить,
Если это другим несло беды.
Так они и меня поначалу
Тоже приняли за простака;
Вот тогда я на их вышибалу
В драку кинулся исподтишка.
4
Я держался своей дисциплины,
Не идя ни на чьём поводу,
Каждый день отдаваясь труду,
Чтобы духом не пасть до скотины.
Оттого я с другими стал строгий:
За курение их упрекал,
И по этой причине в итоге
Разразился злосчастный скандал.
Оказался я чуть грубоватый
С недовольным «директором хаты»,
Когда начал закуривать он.
А потом всё закончилось драмой,
В «одиночку» я был отведён
Залетевшей тюремной охраной.
5
Мне сидеть одному предстояло,
Но с тоски не лишился я сил:
Вспоминая про воды Байкала,
Про концерты свои у вокзала,
Я поэму в конце завершил.
Избежав многословия прозы,
Мне вернула она позитив!
Вызывали меня на допросы,
Я старался быть красноречив,
Разъясняя любые вопросы.
Дело свой оборот набирало,
Обвинение громко звучало,
Угрожая мне сроком всерьёз,
Что вред тяжкий здоровью нанёс.
6
Психиатров к тому подключили,
«Ненормальным» считая меня!
Я им трезво сказал в своём стиле:
Что не запрограммирован я!
Что здоровый веду образ жизни,
А ещё, что мой потенциал
Против несправедливости встал,
От которой проблемы в Отчизне!..
Психиатры остались упрямы
Или цель перед ними была,
Чтоб признали меня «невменяемым»?!
Сколько истин от их ремесла
Пострадало и сгинуло даром
По навязанным стационарам.
7
Мне грозила теперь психбольница
За высокой тюремной стеной.
Выходила одна небылица,
Будто надобно мне полечиться,
Потому, что серьёзно больной.
Мне пришлось перейти к компромиссу,
Примирившись за их произвол.
Моё дело легло к ним на стол,
Проведя глубоко экспертизу.
Спорить было бы вредно и глупо
Против группы учёных врачей
За тот нехарактерный поступок:
Всё учли они, до мелочей,
От суждений моих и речей.
8
Суд настал, и пришло всё в движенье,
Но не ждал я к себе снисхожденье,
Ведь Консилиум твёрд на своём!
Ему вольность моя надоела,
Что за правду я выступил смело,
Что пошёл против зла напролом.
На суде одноглазый мошенник
От меня начал требовать денег,
Но ребята подняли набат,
Обвиняя его в преступленьях,
Предъявляя ему компромат,
Разводя недовольное мненье:
«Что во всём он один виноват,
Для обмана вошедши в доверье!..»
9
Не оставил то суд без вниманья
И дал делу другой оборот!
Жулик начал давать показанье,
Обещая, что всё нам вернёт,
Заслужив себе тем оправданье.
Но потом мне позволили слово;
Я, слегка укротив в себе пыл,
Потерпевшему молвил сурово:
«Ты себе больше сам навредил!..»
Но в конце попросил я прощенья,
А затем был Судьи монолог,
Вынося своё твёрдо решенье.
Был назначен мне для продолженье
На пять лет «принудительный срок».
10
А теперь извинюсь перед всеми,
Чтоб позволить прервать эпилог!
Через много описанных строк,
Подобралась концовка к поэме.
Я к иной подбираться стал теме,
Ну, а к этой задор весь истёк,
В ней я выступил, точно знаток,
Подойдя, как к серьёзной проблеме.
Предо мной грандиозные планы,
Покидаю я вас без обид,
Этот труд для меня был желанный,
Мне другой впереди предстоит.
Он, как долг, став превыше морали,
Бросил клич в неизвестные дали.