О творчестве Маяковского!

«Его поэзия сравнима с бумерангом,
Как шквал нагромождённых слов,
Нелепость, грубость бьющая по нервам,
И чувства выводимые за грань.»
________

Поэтический цикл, посвящённый феномену «грубой» поэзии Владимира Маяковского.
Где мы проследим путь от шока до осознания величия этого «бумеранга».


   - Ода «некрасивому» слову -


Грохот и Медь:

 Часть I. Удар в лицо эстетике

Когда он входит — рушится паркет.
Не шёпот муз, не лепет сонных лир,
А будто бы в уютный кабинет
Ворвался разом весь голодный мир.

Его слова — не жемчуг в серебре,
Не гладкий шёлк изысканных стихов.
Они, как камни в бешеной игре,
Летят в лицо из глоток облаков.

Как «Грубо!» — вдруг кричит эстет,
Глаза скрывая от железных строк.
А Маяковский, погася рассвет,
Вбивает в рифму яростный клинок.

 Часть II. Анатомия шквала

Нагроможденье? Да. Безумный строй?
Где каждый слог — как поршневой удар.
Он не играет в прятки с тишиной,
Он превращает строчки в перегар.

Зачем шлифовать? Зачем тереть стекло,
Когда пора сносить до основанья?
Его «нелепость» — это всё назло
Застывшим формам мертвого признанья.

Он рвёт глаголы, как сухие жилы,
Сшивает ритм на ржавые гвозди.
Его стихи — не вежливые виллы,
А баррикады на пустом пути.

 Часть III. Нервы на пределе

Стихи — как оголённые концы,
Где ток гудит, не зная тормозов.
Здесь радость — крик, здесь горе — как беда,
Что выжгла поле до последних трав.

Где грань души? Он вынес её вон,
На площадь, в пыль, под сапоги толпы.
Он превратил в публичный полигон
Свои мечты, удары и столбы.

Не «чувство», а истерика огня,
Не «лирика», а рваная броня.
Он не просил, не говорил со всем,
Он требовал: «Смотри! Убей меня!»

 Часть IV. Бумеранг, вернувшийся в сердце

Но странно: в этой грубой кутерьме,
В обломках фраз, в железе площадей,
Я вдруг нашёл ответ во тьме — среди ночей,
О чистоте, о боли, о душе.

Ведь только тот, кто не боится быть
Смешным, нелепым, грубым и прямым,
Смог эту жизнь до донышка испить,
Оставив след, как порох и как дым.

И бумеранг, что пущен был в зенит,
Вернулся к нам — не ранить, а открыть.
Где «грубость» вторит на его словах —
Там только правда может говорить.

 Часть V. Вечный грохот

Проходят годы. Вянут лепестки
И утончённый, нежный ритм живёт,
А Маяковский — всё в одном всегда,
Как вечный, молот, что колотит жизнь.

Пусть груб. Пусть резок. Пусть не по нутру
Тем, кто привык к «приятному» питью.
Он — шторм, что сносит старую кору,
Давая жизнь грядущему бытию.

Поэзия — не сахар и не соль,
Не тихий сон под шелест камыша.
Она — как он: из стали и углей,
Где бьётся в крике грозная душа.

          - 2026 г. -