Гномики людоеды

Гномики людоеды в степях Южного Урала: расследование загадочной истории 1993 года
Введение: загадка южноуральской степи.

Степь Южного Урала издавна окутана легендами и преданиями. В 1993 году произошёл случай, который до сих пор вызывает споры: пастух Иван якобы встретил в степи странных существ. Разберёмся, что известно об этом происшествии, изучим свидетельства и попробуем найти рациональное объяснение.
Обрисовка ситуации: обычный день пастуха
В середине июля 1993 года пастух Иван пас большое стадо — более двухсот овец. Он хорошо знал местность: каждую тропинку, овраг и родниковую впадину. Но в тот день всё пошло не по плану из за резвого жеребёнка, который то и дело отбивался от стада.
Внезапно жеребёнок сорвался с места и помчался вглубь степи — туда, где холмы становились выше, а трава — гуще. Иван бросил поводья помощнику и побежал следом. Он понимал: в тех местах нет воды и укрытия, а степь обманчива — под ровной поверхностью скрываются ложбины, овраги и старые звериные норы.
Погоня за жеребёнком
Иван бежал долго, пока не начал задыхаться. Солнце палило нещадно, пот заливал глаза, но жеребёнка всё не было видно. Наконец пастух заметил его у подножия холма. Подойдя ближе, Иван замер от ужаса.
Жеребёнок стоял не один. Вокруг него крутились странные существа:
• ростом не выше метра;
• с непропорционально большими головами;
• с длинными, почти до земли, руками;
• с землисто серой кожей, местами покрытой редкой шерстью;
• с крупными носами, глубоко посаженными глазами и широкими ртами;
• с острыми неровными зубами.
Существа не нападали на жеребёнка, а словно играли с ним, подталкивали и хихикали тонким, скрипучим смехом.
Первая реакция и попытка бегства
Иван застыл на месте. Он слышал деревенские байки о гномах и домовых, но никогда не верил в них всерьёз. Один из существ поднял голову и уставился прямо на пастуха. Его чёрные блестящие глаза сверкнули недобрым огнём. Существо проскрипело что то на непонятном языке, и остальные обернулись. Жеребёнок рванул прочь от холма.
Существа двинулись к Ивану — не шагами, а какими то подпрыгиваниями. Пастух попятился, развернулся и побежал. За спиной он услышал топот маленьких ног и пронзительный смех, похожий на звон металлических колокольчиков.
Укрытие на дереве
Из последних сил Иван добрался до старого дуба — места, где часто останавливался на привал. Он вскарабкался на ветви, оказавшись вне досягаемости существ. Те окружили дерево, прыгали вокруг, тянули руки вверх, щёлкали зубами, шипели и скрипели.
Один из гномиков достал маленький нож с зазубренным лезвием и показал его Ивану, намекая, что рано или поздно тот спустится. Пастух сидел на дереве, обливаясь потом, и ждал.
Исчезновение существ
Когда солнце начало клониться к закату, гномики замерли, переглянулись, проскрипели что то друг другу и начали медленно отступать. Один за другим они скрывались в траве, пока последний не исчез за холмом.
Иван ещё долго сидел на дереве. Только с наступлением ночи он решился спуститься и побрёл в сторону деревни. Жеребёнка он так и не нашёл.
Реакция местных жителей и первые версии
Вернувшись в деревню, Иван рассказал о случившемся. Ему не поверили. Старики качали головами: «Видать, солнце голову напекло». Но с тех пор Иван никогда не ходил в ту часть степи и другим советовал обходить холмы стороной, особенно в полдень.
Анализ свидетельства: возможные объяснения
Рассмотрим рациональные версии произошедшего:
1. Галлюцинации из за жары. Июль в степи — время экстремальной жары. Тепловой удар или обезвоживание могли вызвать зрительные и слуховые галлюцинации.
2. Встреча с дикими животными. Возможно, Иван увидел группу мелких хищников (лисиц, шакалов), поведение которых в условиях жары показалось ему странным.
3. Мистификация. История могла быть выдумана или приукрашена рассказчиком.
4. Фольклорный мотив. Образ маленьких злобных существ встречается во многих народных преданиях. Возможно, подсознание Ивана «подсказало» ему знакомый образ.
5. Реальное неизвестное существо. Теоретически нельзя исключать, что в малоизученных районах степи могут обитать неописанные виды животных. Однако эта версия наименее вероятна.
Местные легенды и фольклор
История Ивана перекликается с местными преданиями. Старожилы шепчутся, что в тех краях иногда можно услышать тонкий скрипучий смех из за холмов. По легенде, если увидеть маленького сероватого человечка с длинными руками, нужно бежать без оглядки — гномики людоеды не забывают тех, кто видел их в деле.
Подобные мотивы встречаются и в фольклоре других регионов: маленькие злобные существа, обитающие в полях и степях, — распространённый архетип.
Современное состояние вопроса
Сегодня история 1993 года остаётся загадкой. Нет ни фотографий, ни других свидетелей, ни материальных доказательств. Но она продолжает жить в устной традиции местных пастухов.
Место, где якобы произошла встреча, до сих пор избегается некоторыми жителями. Туристы и исследователи иногда приезжают сюда, надеясь найти следы загадочных существ, но пока безуспешно.
Что это было на самом деле — массовая галлюцинация, мистификация или встреча с чем то необъяснимым? Вопрос остаётся открытым. Но история Ивана напоминает нам, что даже в XXI веке мир хранит немало тайн, особенно в малоизученных уголках природы.
Подписаться
Гномы Сихиртя: Бронзовый век в Арктике
Есть мнение, что в прошлом на берегу Ледовитого океана, – на территории современного Ямальского национального округа, – обитал народ ткачей и кузнецов. Причём, народ светловолосый и голубоглазый. Но – низкорослый. Даже карликовый.
Владеющие тайной добычи металлов и производства изделий из золота, серебра, меди, железа, гномы сихиртя (или сиртя) жили не в чумах, а в волшебных холмах. Через которые можно пройти в нижний мир, на лугах которого пасутся «земляные олени» – мамонты… Это мнение ненцев, утверждающих что сиртя жили на Ямале до них, и ещё некоторое время вместе с их предками. У науки же по поводу мнения ненцев также есть своё мнение. Согласно оному, как сихиртя запомниться ненцам могли представители Усть-полуйской археологической культуры.
...Помимо же мнений, как легко видеть, бывают ещё и комментарии, свидетельствующие, что пониматься эти мнения, – как традиционное ненецкое, так и научное, – могут неправильно.
И начать, – чтобы потом уж не возвращаться к вопросам гуманитарным, – лучше с мнения ненцев. То есть, со сказки. Сихиртя – сказочный народ. Содержание легенды отнюдь не случайно совпадает с британскими мифами о холмовиках, европейскими о гномах, русскими о «белоглазой чуди» и так далее. В основе мифов лежат архетипы бессознательного, носящие универсальный характер, и, как следствие, для большинства культур общие. Также важно отметить, что мифы ненцев были записаны в XX веке, после того как с русскими они общались 500 лет, а с усть-полуйцами не общались уже 1500 лет. При этом, возраст мифа, передаваемого изустно, обычно большим 200 лет не бывает... Ну, русские былины записаны в конце XVIII столетия в том виде, в котором сложились в XVI веке. В их основе может лежать (и лежит) более древний пласт фольклора, но он уже не поддаётся достоверной реставрации.
Проще говоря, мнение науки, что между вымышленными сиртя и реальными Усть-полуйцами могут быть какие-то пересечения, в основе своей имеет выдачу желаемого за действительное. Хотелось бы, чтоб так, – интересная гипотеза получается, романтичная, но… Прочие же, мнения, – уже любительские, – в основе своей имеют фрагментарное и тенденциозное почтение ненецкого мифа. Сообщение о светлых волосах, допустим, сразу принимается на веру и становится базой для далеко идущих выводов, тогда как утверждения, что сиртя настоящему человеку по колено, – игнорируется. Между тем, достоверность всех деталей в описании сиртя строго одинакова. Всё, ведь, одни и те же ненцы придумали в одном и том же XVIII веке.
Но это – о легендах. Теперь об археологии.
Усть-полуйская культура существовала в низовьях Оби несколько веков, – с IV века до н.э. по II век новой эры (когда была уничтожена предками ненцев). Усть-полуйцы, общая численность которых могла колебаться от 1000 до 5000 человек, жили в землянках по берегам рек, занимаясь оседлым рыболовством и охотой. Гончарное дело и металлургия также были знакомы им. В том числе и металлургия железа. И здесь уже надо сосредоточиться на деталях.
С учётом эпохи, технологии усть-полуйцев были отнюдь не опережающими, а отсталыми. Металлургия была развита хуже, чем у представителей располагавшейся южнее материнской Кулайской культуры, «филиалом» которой, основанном переселенцами, и являлась Усть-полуйская. Кулайцы славились своим бронзовым литьём. Усть-полуйцы же – не славились. Вообще, – что и не удивительно с учётом низкой численности и экстремальных условий жизни, – у них не имелось профессиональных ремесленников. Изделия из металла рыболовы и охотники могли, – кто как умел, – переливать или перековывать. Вообще же, чаще получали их в порядке межплеменного обмена от народов живущих южнее, – кулайцев или саргатцев.
Второе же на что следует обратить внимание, – даже кулайцы славились литьём. А не ковкой. То есть, оставались людьми каменного века. Железный век наступает не с появлением железных изделий, а после железной революции, – когда каменные орудия вытесняются общедоступными железными, что ведёт к взрывному росту производительных сил, изменению образа жизни и переселениям народов… Но для этого, кроме секрета получения железа из руды (так-то метеоритное ковали и эскимосы), нужно овладеть технологиями закалки и сварки, без применения которых что-то полезное на практике из железа изготовить нельзя… Ни кулайцы, ни усть-полуйцы настолько продвинуты не были. Если им требовалось что-то железное, – покупали у «белых людей».
И, кстати, о белых людях. Жившие в начале эры в Южной Сибири саргатцы принадлежали к южносибирской расе, – с европеоидными, в основном, чертами. Кулайцы же и усть-полуйцы являлись представителями расы уральской, – со смешением европеоидных и монголоидных черт. Той же, к которой относятся современные ненцы.
Теперь же к вопросу, заданному в комментарии. Каким образом люди каменного века (ненцы) закатали в мерзлоту технически продвинутых усть-полуйцев… Кроме шуток, за холмы сиртя ненцы принимали купола ледяных линз… Так и закатали. Благодаря подавляющему культурному перевесу.
В основе недоумения здесь лежит укоренившийся предрассудок об отсталости северных народов. Не беспочвенный, но – предрассудок. Сами ненцы, оставаясь людьми века каменного, умели обрабатывать металлы в такой же мере и в таком же смысле, как усть-полуйцы. Ремёслами они, действительно, занимались реже, совсем, например, забросив гончарное, но металлическими орудиями пользовались куда чаще… Собственно, уже чаще чем каменными. Причём, первое и второе был связано прямо. Скотоводам-кочевникам неудобно заниматься ремеслом самим. Зато у них больше возможностей торговать, всё нужное приобретая. Оживление торговли в средние века в Сибири и Арктике способствовал тот факт, что население региона со времён Усть-полуйцев кратно возросло.
Возросло же оно из-за скачка производительных сил. Охотников и оседлых рыболовов сменили оленеводы, – всё-таки, освоившие производящее хозяйство.
Между I и X веками по Сибири с юга, – от берегов Амура, где жили тунгусы, и до берегов Ледовитого океана, – прокатилась неолитическая революция версии 2.0. Первая, начавшаяся 10 тысяч лет назад на Ближнем Востоке, как раз, в этих краях выдохлась. Наступающие с юга скотоводы и земледельцы, владеющие секретами земледелия, скотоводства, ткачества, гончарного ремесла, зачатками навыков в области металлургии, попадая в суровые условия забрасывали прежние и вынуждены были осваивать новые методы хозяйствования. И неолит становился «лесным» – не производящим.
 
"К нам приходили гномы за молоком". Рассказ жительницы Адыгеи
В Кошехабльском районе Республики Адыгея местные жители рассказывают, что периодически видят странных существ. С виду они похожи на людей, только небольшого роста – до метра. Некоторым даже посчастливилось с ними подружиться и общаться. Особенно активно шли на контакт в 18-19-20 веках. С появлением технологий всё реже и реже стали приходить диковинные люди. В Адыгее считают, что эти карлики – потомки легендарных испов.
Раньше на всей территории региона и за его пределами, на Кавказе и в Краснодарском крае якобы встречались такие существа. Но теперь к людям они стараются не выходить, опасаются. Местные фольклористы и исследователи считают, что данные карлики живут под землёй. Там в недрах располагаются целые городища.
Одна из версий, почему они решили прервать контакты с людьми, гласит: «Пока человек не пользовался технологиями, общение было близким и частым, с появлением интернета и технологий оно сильно снизилось. Возможно, какое-то излучение пагубно влияет на этих странных созданий».
Несмотря на это, до сих пор в Адыгее указывают места, где люди говорят, что пусть и очень редко, но видят малышей. Одно из таких мест – Кошехабльский район. В хуторе Политотдел проживает местная старожил Дана Тхаркахова. Её мать в своё время содержала небольшое стадо коз. Коров забрали в 40-м году, когда стали предполагать, что войны не избежать. Точнее, даже не забрали, а она сама пожертвовала ими ради маленького вклада в большую победу. А козочек оставила себе, как-то нужно было кормить семью.
Дана рассказывает, что к её матери ещё до войны приходили небольшие человечки. Сама она была ребёнком и думала, это неизвестные ей ребятишки пришли, но всмотревшись в их лица видела стариков, взрослых женщин и мужчин.
К матери приходили необычные гости.
Когда спросила у матери, кто это такие, она ответила, что друзья из гор: «Они живут глубоко под землёй, из-за чего не могут содержать животных, которым необходимо солнце, трава, свежий воздух. Поэтому по старой традиции приходят за молоком к нам. Отказать нельзя – семью настигнут болезни и неудачи, а если одарить молоком, то и здоровье крепким будет, и в остальном проблемы все стороной обойдут».
В годы войны Адыгея находилась под оккупацией врага. Вероятно, о существовании подземных жителей немцы не знали, а те и не выбирались на поверхность. Впервые после Великой Отечественной войны они пришли в 50-е годы: «Мать тогда плакала, коз всех увели немцы, дом и участок восстанавливать пришлось. Карлики всё поняли, в какую ситуацию мы попали, и даже помогли. Они принесли мешок зерна, и мы потом долго ещё из него муку делали и лепёшки пекли.
А молоко козье позже им всё же раздобыли. И козочек прикупили новых. Где-то до 70-х годов регулярно раз в 3-4 месяца к нам в гости они приходили. Мать когда умерла, всё хозяйство мне досталось и сестре. Я помню первую после этого встречу с подземными жителями. Они даже плакали, очень им моя мать нравилась. Считали её своей роднёй в человеческом обличии. Меня тоже приняли, но контакты потихоньку становились всё реже».
Подземные жители очень расстроились, узнав о маме.
Последние годы, говорит Дана, их ни разу не встречала. Хотя молоком при желании напоила бы старых знакомых. С 2006 года больше жители подземелий не появлялись, да и тогда лишь один раз приходили: «Я думаю, что оставшись одна и в таком возрасте, мне попросту не нужны здоровье и удача. Болячки возрастные уже никуда не денутся. Понимая это, существа выбрали кого-то помоложе и поперспективнее. Я не в обиде, уверена, что они на самом деле оберегали мою семью и всячески способствовали долгой жизни моей матери, моей сестры и, конечно же, моей».
Подобных историй не то чтобы много, но достаточно. Можно ли считать этих созданий гномами? Скорее всего, одна из их вариаций. Стоит отметить, что такие рассказы распространены на Кавказе, Урале, Алтае. То есть люди видят в горных районах небольших существ, приходящих откуда-то, предположительно, из пещер и, может быть, даже подземных городов. Вера в них с прекращением постоянных контактов серьёзно пошатнулась, но до сих пор живы те, кто либо их видел, либо общался с поколением, которое поддерживало связь с жителями подземелий.