Жнец

По ту сторону заката, где туман целует мхи,;Спят забытые заклятья, молкнут вещие стихи.Над озёрной тёмной гладью дышит звёздная пыльца,;И вплетает время пряди в тень безликого Жнеца.Он пришёл из междумирья, где не ночь и где не день,;На плечах плащом из пыли дремлет собственная тень.

Тихо пой, вода-водица, песню древнюю свою,;Жнец стоит на той границе, где миры стоят в строю.В чёрной рясе – сон и дрёма, холод вечного огня,;Он стоит у водоёма, никого не торопя.А в руке коса из лунной, затвердевшей тишины,;Чтоб прервать полёт бесшумный тонкой нити-белизны.

Капюшон скрывает бездну, где не светятся глаза,;Там кружит по кругу вечность и небесная гроза.Озеро — колодец судеб, отраженья в нём дрожат,;То ли души спят под спудом, то ли звёзды в нём лежат.;Он не смотрит, он лишь внемлет, как пульсирует эфир,Как последним вздохом дремлет уходящий старый мир.

Тихо пой, вода-водица, песню древнюю свою,;Жнец стоит на той границе, где миры стоят в строю.;В чёрной рясе – сон и дрёма, холод вечного огня,;Он стоит у водоёма, никого не торопя.А в руке коса из лунной, затвердевшей тишины,;Чтоб прервать полёт бесшумный тонкой нити-белизны.

Лес за ним сплетает корни, тянет ветви-пальцы ввысь,;Шепчут духи: «Смерть, исполни, для чего мы собрались».;Он не страх и не проклятье, он – покой и вечный сдвиг,Открывающий объятья в тот неуловимый миг.;Он есть вдох, что станет выдох, он — зерно, что станет прах,И висит вселенной выбор на невидимых весах.

Тихо пой, вода-водица... он услышит песню ту...;Время камнем обратится, канет в вечную пустоту.;Плащ вберёт седые росы, тени лягут на песок...;Только холод от косы... да молчания исток.