Стихия против любви - 4 глава

Грот Сивиллы

   Следующие два дня  Мартин провёл на  песчаном морском пляже вместе с другими купальщиками.  Мелкий песок и ласковое тёплое Тиренское море, мерный плеск волн, одна за другой бежавших на берег, монотонный, успокаивающий душу и сердце шум прибоя! «Что ещё нужно  для счастья? – размышлял он, - Как хорошо порой  просто наслаждаться  беззаботным отдыхом и сегодняшним днём". Но вот, наконец, наступил назначенный ему жрецом день. К храму  Меркурия он  пришёл раньше всех остальных, потому что боялся опоздать. До  полудня было ещё далеко, поэтому он  некоторое время  просто бесцельно бродил по храмовой площади и разглядывал   пришедших сюда людей. Кто-то из них наверняка отправится вместе с ним в грот Сивиллы. Известно, что мало кто из его соотечественников отваживался начать новое дело или принять судьбоносное решение, не посоветовавшись с  предсказаниями. Иногда ему казалось, что лучше не знать заранее своего  будущего,  он хотел уже уйти, но  человеческое любопытство  пересилило все доводы и опасения. Да и ему ли, опытному и отважному воину, побывавшему во многих сражениях и не раз смотревшему в глаза смерти, бояться какого-то пророчества! Наконец у входа в храм появился жрец с церой в руках, он прочёл имена собравшихся  идти с ним. Когда он огласил список, Мартин насчитал  двенадцать человек. Он числился предпоследним.  При этом солдат подумал , что ждать своей очереди ему придётся довольно долго.

   Между тем храмовый слуга принёс несколько факелов и  раздал их тем, кто собирался спуститься под землю. Жрец, убедившись, что собрались  все  внесённые в его список, привычно  повёл их с сторону гор. Сначала дорога была хорошей и широкой, но постепенно она перешла в узкую едва заметную тропинку, приведшую их к закрытому массивной деревянной дверью входу в пещеру. Жрец привычно вставил в замочную скважину внушительных размеров ключ  и несколько раз повернул его в замке. Затем он толкнул дверь, она была очень тяжёлой и не сразу поддалась ему. Но того это не смутило, он приналёг на нее плечом и она открылась. Вниз  вела длинная, узкая лестница , вырубленная прямо в скале с подобием  ступеней. Идти по ней вслед за жрецом можно было только гуськом и чем ниже они спускались, тем горячее становился воздух и тем труднее было им дышать. Постоянно слышался какой-то гул и неясные  шумы. В этой местности было множество  мелких вулканов. Но в самом низу на них дохнуло  прохладой, там  проходило русло  подземной реки, именовавшейся местными жрецами Стиксом. Вскоре к  ним приблизилась лодка, на вёслах сидел крупный мужчина  не слишком приятной наружности. Жрец называл его  Хароном. Прибывшие дали ему за труды по мелкой монете. Лодка отчалила от берега   и поплыла против течения, вверх по реке. Ещё издали был виден грот, ярко освещённый  несколькими, горевшими там кострами. Лодка остановилась и лодочник крепко привязал её  к вбитому прямо в горную породу колышку.  Грот Сивиллы находился  несколько выше берега, поэтому  человек, вопрошающей о своей судьбе должен был подняться  на несколько  ступеней, а остальные пока оставались внизу ждать  своей очереди , сидя в  лодке на берегу. Кто-то был доволен предсказанием, другие возвращались подавленными и удручёнными, потому что пророчица, по-видимому, сказала совсем не то, что им хотелось бы от неё услышать. Прошло изрядное количество времени и, наконец ,наступил черёд  Мартина. С замиранием  сердца поднялся он наверх по старинным каменным ступеням и тут увидел саму Сивиллу.  Это была красивая молодая женщина , сидевшая на полу, с распущенными  тёмными волосами  и одетая в одежду из тончайшей, струящейся ткани. При этом казалось, что у неё был отрешённый и совершенно безучастный вид, а взор её тёмных  глаз словно был устремлён сквозь пространство куда-то вдаль. Но, если она смотрела в глаза жаждавшему узнать своё будущее, её тяжёлый взгляд очень трудно было выдержать, поэтому большинство людей поспешно отводили от него глаза. Мартин  на краткий миг застыл, он не знал, что он должен делать. Но откуда-то сверху раздался голос жреца : « Задавай свой вопрос, солдат! Сивилла ждёт тебя!» Мартин словно очнулся и прямо задал неожиданный даже для самого себя вопрос :
 "Что ждёт меня в будущем  и встречу ли я ещё  настоящую любовь?" Сивилла  некоторое время продолжала сидеть на полу, словно не замечала ни  самого вопрошающего, ни окружающей их обстановки и не слышала его голоса. Но вот она медленно поднялась  и направилась вглубь грота. От костров шёл дурманящий аромат благовоний.  Яркий свет языков пламени постоянно  выхватывал  из относительной темноты её стройную фигуру. Она начала метаться по всему пространству от одного костра к другому, при этом тело её  то извивалось, то билось в конвульсиях. Тончайшие одежды из лёгких тканей  колыхались и повторяли  каждое движение  жрицы. Пряди длинных, распущенных волос  как  у мифической богини  разлетались во все стороны и  рассыпались по плечам . Считалось, что  в эти  мгновения в  пророчицу вселяется божество или даже она сама  становится божеством. Для этого  жрицы нередко  принимают  настои  трав, позволяющих им  снять завесу со своих глаз и увидеть то, что не дано знать простым смертным. При этом она  внезапно выкрикивала что-то . Но вскоре  тонкий слух Мартина смог уловить некоторые слова и он даже смог разобрать, что говорила Сивилла. « Тот, кому суждено сгореть, не утонет, - повторяла она снова и снова, а затем произнесла , - Огонь, везде огонь, он быстрее самой быстрой колесницы. Исполин может предупредить  и спасти тебя, а твоя любовь рядом с исполином!» Жутко звучало это предсказание, сделанное глубоко под землёй.  Но Сивилла выдохлась и вновь в изнеможении опустилась на землю. Но сверху снова раздался голос жреца, который истолковывал  слова пророчицы: «Бойся мчащегося быстрее вихря огня.  Но, если вовремя поймёшь предупреждение исполина, то сможешь избежать смерти.  Скоро ты встретишь свою любовь, она ждёт тебя рядом с исполином и она будет взаимной, но и ей следует бояться огня. У вас одна судьба на двоих!». Жутковато  прозвучало это предсказание, хоть оно и обещало взаимную любовь, но рука об руку с любовью шла смерть от  какого-то  непонятного и загадочного пламени. Что это вообще за огонь такой, который мчится намного быстрее колесницы. Мартину никогда прежде не доводилось ни видеть ничего подобного, ни слышать о нём. С тяжёлым сердцем он отправился обратно.  Погружённый в свои невесёлые мысли даже не заметил , как лодка стремительно понеслась   к старинной , каменной лестнице, машинально  сунул монету в руку гребца и вздохнул с облегчением только, когда оказался на поверхности земли и смог глотнуть свежего воздуха.

   Уже вечерело и ему не хотелось возвращаться в домик своей квартирной хозяйки,  потому что в этот вечер ему трудно было оставаться одному. А старушка вряд ли захочет его выслушать, а тем более дать какой-нибудь дельный совет. Поэтому он направился в один из близлежащих термополиев*  и заказал себе большую кружку вина и немного закуски. Он хотел поскорее забыть   о  загадочном предсказании, но пока не мог не думать о нём. Ему вспомнилось, что  когда он был в походе, в Иберии, он спас из стремительного горного потока упавшего туда местного   мальчишку. Не слишком много было смельчаков, которые осмелились бы прыгнуть  в бурную, холодную реку, да и мало кто из солдат и местных жителей вообще умел плавать, а он научился этому в крепости, рядом с которой протекала широкая, полноводная река, поэтому все восхищались его смелостью, а ему тогда, оказывается, ничего и не угрожало. Он не мог утонуть, потому что  судьбой ему предназначена совсем иная смерть.  Мать ребёнка со слезами на глазах благодарила смельчака и сказала: « Я ненавидела вас, римлян, как завоевателей и врагов своего народа, но оказывается, всё в руках богов и они привели тебя в наши края, чтобы ты мог спасти моего сына!» Но Мартин наверно и не смог бы поступить иначе, в глубине души он оставался всё тем же простым деревенским парнем с добрым сердцем  и открытой душою. Но предсказание давало  хоть и слабую, но все-таки какую-то надежду. Нужно было только найти исполина. Но где его искать? Этого он не знал. В этот  вечер ему было не слишком весело оставаться наедине со своими мыслями. Но он недолго просидел один за пустовавшим до его прихода столиком , потому что вскоре к нему подсел старик, лицо которого  недвусмысленно отражало, что  он был большим любителем выпивки и почитателем Бахуса.* Но по-видимому, прожив длинную и полную разнообразными событиями жизнь, очень хорошо разбирался в людях. Поэтому  быстро  и  безошибочно оценив настроение центуриона предложил тому купить ему немного еды и вина, чтобы он составил ему  компанию и и внимательно его выслушал, это ведь здорово, когда есть с кем поговорить и кому можно излить душу. По-видимому старичок был беден и постоянно промышлял подобным занятием, но хозяин заведения никогда не прогонял его, потому что, угощая старика,  его клиенты оставляли в его заведении гораздо больше денег. В тот вечер Мартин изрядно выпил и решил, что может поделиться своими размышлениями о событиях минувшего дня  с этим неизвестно откуда взявшемся собеседником, понимая, что они вряд ли ещё когда-нибудь встретятся. Старик немного подумал ,а затем, ввернул слово, заметив, что у Мартина всё-таки будет шанс спастись, если он поймёт предостережение  исполина. Значит ему просто необходимо было отыскать этого самого  исполина и  прислушаться к нему. А вот, что касается огня бегущего быстрее колесницы, то хоть он и прожил немало лет, ему не приходилось видеть ничего подобного. Но к словам Мартина оказывается прислушивался не только он, но и лупа*, скучавшая за соседним столиком в ожидании клиентов, которые в этот вечер почему-то не  спешили заходить в термополий. Она заметила: «А я видела огонь бегущий по крышам домов во время пожара в Риме, тогда погибло очень много людей, в том числе и мои родители, наш дом и всё имущество тоже сгорело. А жар от пламени шёл такой, что близко находившиеся к нему люди и животные просто испарялись в раскалённом воздухе. Я до сих пор вспоминаю весь тот ужас с дрожью в сердце.  Мне тогда было тринадцать лет, но я очень хорошо всё это помню. Бегущий огонь это очень страшно. С  тех пор мне приходится зарабатывать своим телом и ничего нельзя вернуть назад. Может было бы лучше, если бы этот огненный вихрь поглотил и меня вместе с моими родными». Мартину стало жаль эту девушку и он пригласил к своему столу и её, заказав ещё еды и вина, хотя совсем не имел намерения покупать этой ночью её ласки. Они втроём просто сидели и беседовали  до тех пор, пока за окнами трактира не стал заниматься рассвет. В  домик старушки он вернулся  не то  слишком поздно, не то рано; в утренний час. Он изрядно набрался этой ночью , поэтому  старался не шуметь, чтобы не разбудить хозяйку, да ему и не хотелось попадаться ей на глаза в таком виде, ведь она не знала, что подвигло его на подобный поступок, а он никому ничего не хотел  объяснять. Завтра он отправится  к месту своего назначения, потому что его отпуск скоро заканчивается и постарается забыть и о гроте Сивиллы и о странном  предсказании. Может быть, жрица ошиблась и всё обойдётся. А вдруг он подобно Крёзу неправильно её понял!
________________________
  Примечания:
 * термополий -древнеримский трактир
 *Бахус -римский бог растительности, виноградарства и виноделия
 * лупа-продажная женщина.