Роман, первое приближение

В жизни навёл порядок,
Чай наливаю в блюдце.
Вот и восьмой десяток,
Хочется оглянуться.
Кажется, четверть века
Это совсем не долго.
Множит библиотека
Книги мои на полках.
Колет сюжета жало,
Летом порой морозно.
Краткость обузой стала,
Надо бы посерьёзней.
Реет востока знамя,
Снова заря туманна,
Строчки встают полками,
Пахнет дымком романа.

Муза - она такая:
То обернётся гадом,
То, красотой сверкая,
Тихо порхает рядом.
Мысли, быстры как пули,
Взяли железным хватом.
Видно, во мне проснулись
Пушкина звонкий атом,
Мудрые мысли Ницше,
Атом сомнений Гейне…
Я между ними лишний,
Вовсе не светлый гений.
Но расцвели идеи,
Вычертив без зазора
Гибельный день Помпеи,
Залп роковой Авроры.
Каждому знать полезно:
Правда – на дне колодца.
Сколько сапог железных
Поизносить придётся,
Чтобы однажды утром,
Вычерпав ложкой море,
Мне подарила мудрость
Пышный букет историй.
И города, и страны
Лезли в четверостишье,
Думать об этом странно,
Только всё ближе, ближе
Разных времён дороги,
Рядом сюжет вертелся.
Я разделил тревоги
Со стариком Уэллсом.
Хочется всё потрогать:
Что, хороша идея?
Вечно шагают в ногу
Гении и злодеи.
Не упущу из вида
То, что и школьник знает:
Строятся пирамиды,
Стены растут в Китае.
Спрятана от огласки
Тайная суть проклятья:
Это в наивных сказках
Мы изначально братья.
Нету числа изъянам,
Правду озвучить жалко.
Издревле обезьянам
Необходима палка.
Делать людей врагами –
Просто бесчеловечно.
Сёстры берут серьгами,
Братьев терзает вечность.
Воля сильнее тела,
Только бессильна лира.
Выбито: para bellum,
Если захочешь мира.
Пёс на полу скучает,
Взрывы снарядов где-то.
Солнце в окне лучами
Новое славит лето.
В тихой моей деревне
Сонное утро росно.
Помню, в Египте древнем
Катится шар навозный,
Словно земные боги
Ползают скарабеи.
Что им мои тревоги?
Видно, совсем старею.
Овощ лежит на грядке,
С ним не хочу равняться.
Значит, мозгам зарядка
Необходима, братцы.
Ногу не суну в стремя:
Это весьма опасно.
Но под руками время
Полностью мне подвластно.
Выбрал себе идею
И начинаю танцы:
Гложет огонь Помпею,
Насмерть стоят спартанцы,
Гордая крепость Троя
Явно падёт сегодня,
Рим акведуки строит,
Крест на Голгофу поднят.
Яростно, словно вепрь,
Рубится гладиатор.
Храм превратился в пепел
Гнусностью Герострата.

Жизнь не глядела криво,
Были доступны цели.
В Праге цедили пиво,
Устриц в Париже ели.
Мысли шальные бродят,
Не понимаю, где я.
Ведь до сих пор приходят
Призраки Колизея.
Не ожидая сглаза,
Странно маршрут устроил:
В Турции был два раза -
Так и не видел Трою.
Странствий азарт не выпит,
Но недоступны виды.
Радует, хоть Египет
Высится пирамидой.

Обло, огромно, лаяй
Запечатлело стило,
Золото застывает
Скифским звериным стилем.
Первыми быть хотите?
Вече взрывая словом,
Словно былинный витязь,
Новгород спорит с Псковом.
Строчками на бумагу
Поступь веков ложится.
Править пришли варяги,
Киев – Руси столица.
Кто бы давил на жалость?
Полнилась солнцем книга.
Счастье не удержалось,
И наступило иго.
Всюду кумыса запах.
Мощно и непрестанно
Лезут вперёд, на запад,
Полчища Чингиз-хана.
Полнится мир бедою,
Не получилось чуда.
Город сметён ордою,
Трупы лежат повсюду.
Рядом – и это важно –
Пышно цвела Европа.
Сказка красот витражных
В ступор вгоняла толпы.
Пряча в сутану жало,
Злые копила силы.
Что бы с тобою стало,
Если бы не Россия?
Крест обернулся коброй,
Огненной саламандрой.
Орден ливонский попран
Доблестью Александра.
Праздник мечам и копьям,
Стрелы летят задорно.
Рыцари тонут скопом
В мёрзлой воде озёрной.

Запад – кичливый кочет,
Сам для себя отличник.
Кто научить нас хочет
Правилам и приличьям?
Данта пример известен:
Вовсе не кровопийцы,
В шуме заздравных песен
Знатные флорентийцы
Звали стихи бодягой,
И повторяли строго:
«Видно, умрёт бродягой.
Значит, туда дорога».
Только в пылу азарта
Будем судить бесстрастно:
Гению Леонардо
Тайна любви подвластна.
И улыбнулась вечность,
Не подавая вида,
Что не нужна сердечность
Мраморному Давиду.
Проще кричать: «Паскуда!»,
Но не закрыты счёты
С доблестью Робин Гуда,
С верностью дон Кихота.
Память порой туманна,
Прячет вдали ответы.
Девочку звали Жанна,
То есть, пока - Жанетта.
Радостны будут мысли
Полные неги летней,
Если на вас не виснет
Бремя войны столетней.
Горе шагает рядом,
Колокол - лязг булата.
Вместо цветных нарядов
Меч и стальные латы.
Ужас в бою не гложет,
Стоит Париж обедни:
«Если не я, то кто же
Франции даст победу?»
Сон уводил, приятель,
В заводи речки Лета.
Только король - предатель:
Как пересилить это?
Можно увязнуть в гневе,
Вновь понося Иуду,
Но не помогут Деве
Ни голоса, ни чудо.
«Если не я, то кто же…»
Ветер костром полощет.
Пламя терзает кожу,
В голос рыдает площадь.

Двигались век за веком
Пёстрые, словно клумбы.
Кралась беда к ацтекам
На кораблях Колумба.
Райские пели птицы,
А на Руси морозной
Множил страны границы
Царь по прозванью Грозный.
Новые шли победы,
Пушки гремели славой
Были разбиты шведы
Вдребезги под Полтавой.
И, накопивши силы,
В Бога и правду веря,
Встала моя Россия
Равной в строю империй.
Всюду таятся грабли,
Мир бесконечно сложен.
Пули летят, и сабли
Рвутся на свет из ножен.
Соединило слово
Горы, моря, равнины.
Финский гранит суровый,
Каторгу Сахалина.
Происки мысли куцей
Терпит одна бумага.
Ужасы революций
Долго казались благом.
Здравствуй, страна героев!
Манит сюжет до смерти.
Не было геморроя –
Понакачали черти.
Так нелегко даётся
Чистая мысль без фальши.
Смотрим на дно колодца
Что там по плану дальше?
Вовремя - это важно -
Умер великий Ленин.
Мог бы вполне однажды
Запросто быть расстрелян.
Где бы сейчас мы были,
Кем бы сейчас мы стали?
Поднял страну из пыли
В грохоте строек Сталин.
Мирного поля запах,
Всполох беды испанской.
Мощно звала на Запад
Слава войны гражданской.
Скоро по стойке смирно
Вытянет строй Европа.
Пакт подписали мирный
Молотов с Риббентропом.
Знали бы накануне,
Что затаилось близко:
Памятный день июня
Выбит на обелисках.
Натиск врага неистов:
Кончились компромиссы.
Пёрли на нас фашисты,
Словно чумные крысы.
Дальше стезя простая:
Люди, не исполины,
Мир от беды спасая,
Били врага в Берлине.

Новости бьют, как плети,
Досыта настрадались.
Густо забросил сети
Сумрачный Нострадамус.
Тех, кто алкал чужого,
Напрочь истлели кости.
Но почему же снова
Слышится: «Дранг нах остен?»
Смерти густеет запах,
Рвутся на части скрепы,
Бьются Восток и Запад,
Жизни – всего лишь щепки.
Силу ломает сила,
Навзничь круша законы.
Может, такое было
Некогда с Фаэтоном?

Мы не всегда гуманны,
Часто глупы в желаньях.
Атомы постоянны,
Разница – в сочетаньях.
Молча иду по саду,
Запах струится терпкий.
Каждый пустяк – отрада,
Вечность пускай потерпит.