Вагон-ресторан

Вагон-ресторан. За окном — темнота.
Колёса стучат монотонно и глухо.
Ты села напротив, как будто не та,
Которую любят сквозь боль и разруху.

— Куда мы едем? — спросил я тебя.

— Туда, где кончаются карты и споры.
Туда, где не вспомнят ни мать, ни отца,
Ни наши обиды, ни наши укоры.

Я горько усмехнулся.

— Красиво поёшь.
Но сколько я слышал подобные речи.
Ты даришь надежду, а после калечишь
И гасишь её, словно лампу под вечер.

Ты чай размешала.

— И ты не святой.
Ты сам приходил ко мне грязный и голый.
Любил меня пьяной, усталой, седой,
Но часто взамен просил слишком многого.

Я крикнул:

— Любил! Да и нынче люблю!
Хотя ты порою страшнее ненастья.
Я столько раз мог поменять колею,
Но снова и снова искал в тебе счастье.

За окнами мчались леса и поля,
Огни полустанков мерцали тревожно.

— Зачем же тогда не оставишь меня?

— Затем, что оставить тебя невозможно.

Ты тихо вздохнула.

— И в этом беда.

Я вспомнил дворы, где взрослел и дурил,
Где ветер носил тополиные клочья,
Где я ненавидел тебя и любил,
И всё это было почти что нарочно.

— Скажи мне, — спросил я, — а есть ли конец?
Куда этот поезд идёт без маршрута?

Ты долго смотрела в дрожащее стекло
И тихо сказала:

— Не знаю. Как будто.

Потом улыбнулась устало.

— Пускай.
Не всем поездам прибывать, когда хочешь.
Пока ещё рядом — вина наливай.
К звёздам путь через тернистые клочья.

И снова колёса вращали года,
И ночь за окном расцветала густая.
Вагон-ресторан. Снегопад. Темнота.
Родина, Родина — куда ты, туда и я.