Братья Малой и Буржуй

Забайкалье... Ара;-Иля;. Полк четырнадцать шестьдесят пять. Братан Буржуй, земля тебе пухом…
Снайперами были... А теперь штурм. Константиновка...
Погнали…

Родом из глуши, где чистые реки…
Ара-Иля — пыль дороги, лай собаки.
Забрала; срочка, потом Чита, приёмка металла,
Жена, два пацана, жизнь размеренно бежала.

Вернулся я к брату — работали спина к спине,
Даже мысли не было, что ляжет на войне.
В октябре подписали первый контракт,
Рота снайперов — это вам не просто так.

Позывной мой Малой, напарник — Бабай,
Сбивали бабу ягу , неба синий край.
А Буржуй с Татарином двоих таких же сожгли,
Пока «Мавики» вились, над землёй в пыли

Курахово, Торецк, Нью-Йорк — города как боль,
Каждый накат это жизнь с одной мечтой.
Плачет земля от бо;ли сжимаю автомат,
Падает!
Падает!
От выстрелов наш враг!

Буржуй приём… я на точке, работаю…

Знаю Брат, ты вернёшься ветром ,
Брызгами реки и шелестом листвы,
Знаю брат ты вернёшься рассветом
Во сне откроешь глаза свои!

Знаю Брат, ты вернёшься ветром ,
Брызгами реки и шелестом листвы,
Я горжусь, что с каждым метром
Приближали мы победу для страны!

Я горжусь тобой брат…

Командир Лоза, вёл нас, куратор  Водолей,
Говорил: «Пацаны, держитесь! Станет веселей».
Но веселья мало брат, когда земля в огне,
Если враг прицелом снова во;дит по тебе…

Нас было меньше взвода, но били точно в глаз.
Бригадир, Пепел, Гидра — герои среди нас,
Спартак, Маджахед, Могоча, Сторож — все; свои,
Забайкальская порода, храбрые стволы;!

Я шёл с Бабаем в паре давит тишина,
Вспоминали Забайкалье, наши облака.
Он говорил: «Малой, вернёмся, будет всё окей».
Будем вместе мы встречать дорогих гостей!

Погиб на моих глазах, только пыль да мат,
Я вжался в бруствер, прижимая автомат…
Осколком ногу ранило, но я живой зато,
А сердце выжжено мой братик словно решето;.

Знаю Брат, ты вернёшься ветром ,
Брызгами реки и шелестом листвы,
Знаю брат ты вернёшься рассветом
Во сне откроешь глаза свои!

Знаю Брат, ты вернёшься ветром ,
Брызгами реки и шелестом листвы,
Я горжусь, что с каждым метром
Приближали мы победу для страны!

А у Татарина ноги; почти не стало!
«Буржуй, держись!» обрывком рация кричала,
Молчал он,  Только скрежет передатчика в ответ.
Нас Константиновка встречала страха нет!

Раньше были снайпера, работали по «птицам»
А теперь идём на штурм к пламенным границам
Мы падали и вставали, ползли стреляли,
За родину мать жизнь свою; отдавали…

Донбасс, Константиновка — выжженный рассвет,
С каждым днём всё меньше нас, назад дороги нет,
Водолей нам по рации: «Малой, сделай рывок!»
Делаю. Ползу. Молюсь. Жму на спусковой крючо;к.

Похороним, отомстим, а потом — в родную пыль,
Где а;ра-иля, огороды и степной ковыль.
Прощай родной, мы встретимся в раю;
Ну а пока живу, ищу судьбу свою!

Знаю Брат, ты вернёшься ветром ,
Брызгами реки и шелестом листвы,
Знаю брат ты вернёшься рассветом
Во сне откроешь глаза свои!

Знаю Брат, ты вернёшься ветром ,
Брызгами реки и шелестом листвы,
Я горжусь, что с каждым метром
Приближали мы победу для страны!

Знаю Брат, ты вернёшься ветром ,
Брызгами реки и шелестом листвы,
Знаю брат ты вернёшься рассветом
Во сне откроешь глаза свои!

Знаю Брат, ты вернёшься ветром ,
Брызгами реки и шелестом листвы,
Я горжусь, что с каждым метром
Приближали мы победу для страны!


«Малой... я Буржуй... передаю привет оттуда... там чисто... работай, брат... за нас... конец связи.»