Наивные. Глава 6 - Мечта Сократа

МЕЧТА СОКРАТА. (глава 6)

Он всего-то взять в избе,
Думал луковку себе…

В.Ф. Николайчук, "Наивные. Глава 6 - Мечта Сократа"


От Нью-Йоркского залива к восходу солнца. О пользе владения искусством вырезания по дереву. Луковица со Старой Смоленской дороги. Рабство, как оно есть. Без пособия по старости – по дорогам. Мечта Сократа. Добрая душа.



Распрощавшись с незнакомцем
В шумном месте, - на углу,
Мартин шёл к восходу солнца,
Чтобы встретить там слугу;

Там и встретил Марка Тепли;
Тот лежал на багаже
Рядом с дверью «Скандалиста»,
Где бывали мы уже,

Но не видели здесь вензель…
То с усердьем, не спеша,
Поработал бравый малый
На шедевр свой чуть дыша:

И святая простата
На дверях теперь светилась;
Так в искусстве воплотилась
Красота и доброта.

Он с искусством самым разным
Дружбу, видимо, водил
И насвистывал в миноре
«Мэри, как я вас любил (1)».

Возле нашего артиста
Негр согнувшийся сидел
И с вниманием потешным
Прямо в рот ему смотрел:

– Что? Надеюсь – без сюрпризов? –
Тепли, перестал свистеть,
Там, где Мэри честью клялась
Если надо потерпеть:
               
– Это было бы некстати.
А позвольте вас спросить –
Чёрный джентльмен рядом с вами
Цент желает получить

Или встреченный сородич?
– Ну, и шутки у вас, сэр.
Он сородич чёрной ночи, –
Извините за пример, –

И с мальчишества гнул спину
На плантаторов, как раб,
Пока весь не износился,
Изработался, ослаб.

Хлеб свой потом добывая,
Почему-то полагал,
Что хозяин без причины
Ему много задолжал.

Тот же, скупостью отмечен,
Согласиться с ним не мог
И влепил ему две пули
В пару быстрых ещё ног,

Ещё раньше плетью тонкой
Рассекли ему плечо;
Раб уснуть не мог ночами;
Как не ляжет – горячо!

Надрезали даже спину,
Словно щуке у костра,
Чтобы жарилась ровнее
От спины и до хвоста.

Шею, - только для науки! -
Обруч жёсткий натирал,
Ну а ноги и без звона
Он едва переставлял.

Я собрался тут обедать, –
Аккурат он блузу снял;
Столько шрамов рукотворных
Я у деда не видал,

Пережившего фатально
Десять битв, один побег
Из заснеженной России
От нахлынувших в ней бед.

Да ещё пошли дорогой,
Где закончился запас, –
На какой-то там Смоленской
Деду высадили глаз (2):

Он всего-то взять в избе,
Думал луковку себе…

Глаз тряпицей завязали, –
В руки луковицу дали,
Проводили до ворот:
«Вечер ранний – сам дойдёт…»

Дед дошёл и мне поведал,
Как дорогой бил ворон;
По причине правоглазья
Ме́тче всех пулял в них он

От ушкуйского (3) села
До реки Березина...
Что касается конины –
Подзамёрзшей мертвечины –

Тут хватало мастеров…
Вот спросите вы меня,
Что я ел? – убей, не знаю:
Может сдохшего коня (4)!

Аппетит ко мне вернулся,
Когда я уже поел,
А Сократ, обед закончив,
На себя блузон надел.

– Стало быть, – Сократ? Отменно...
– Проще некуда – Сократ (5).
Вы послушайте как дальше
Протекал его подряд:

Благодетель первый спился,
До поры второй грешил;
Проломил ему раб череп,
И повешен тут же был.

Третий был уже хороший,
Накопил Сократ грошей
И за выкуп был отправлен
На свободу не взашей:

Все плантаторы охотно
Заменяют пансион (6)
Старым, слабым и немощным
На свободный моцион.

Нагулявшись по дорогам
Наш Сократ пришёл сюда;
Возит с порта он вещички
И с вокзала иногда

На своей тележке старой;
Говорит, что он не прочь,
Провернуть вторую сделку:
Выкупить родную дочь.

Дел всего-то – дочь родную!
Дальше стоит ль говорить?
За большой солёной лужей
Разлюли-малина жить!

– Тише, вы! – Челзвит воскликнул,
Топнув в панике ногой, –
Почему тогда он с вами,
А не там где бьёт прибой?

– Нанят мною на сегодня
По приемлемой цене
Для поднятья настроенья
И весёлости во мне.

Будь же я чуть побогаче
Нанимал бы каждый день,
И сидел бы, – веселился,
Видя согбенную тень.

Что касается свободы
К ней здесь странная любовь,
Продадут – опять скупают,
Чтоб стащить на рынок вновь.

Продают людей свободно,
Не стесняясь, и притом
Разъясняют, кто что стоил
Вполне внятным языком:

«Чтобы взять с десяток в плен
Перебей несчитано,
И в колодках - до факторий
Тоже путь сомнительный,

Да под палубой в цепях
Содержи их в кораблях,
Чтоб не выпрыгнули, значит,
По волнам скакать, как мячик,

И за все дела пирату
Заплати ещё, как брату (7),
Да песочком не простым,
До крупинки золотым».

Их свободу торговать
Царь небес не смог унять,
Не решился, не посмел,
Поутёрся, поплохел.

Нет не чумка, нет не тиф, –
Это страшной силы чих
От небесных канцелярий
Не оставил и тетрадей,

Раскидав прожект нетленный
«По развитию вселенной».

От Центури до Парсека
Нет свободней человека
В его праве торговать,
Завышать и занижать,

И при этом делать вид
Словно истину постиг,
Одарил и осчастливил,
Из подвала в люди вывел…

Что наделал страшный чих!
Начинался то с двоих.
Да какой там – с одного!
Пришибить бы и всего… -

Проведя день под дверями,
Тепли был не в курсе дел
И с опасным постоянством
Заявлял всё что хотел.

– Да, дела, – отметил Мартин, –
До ночлега час пути.
Не пора ли нам убраться
И вещички увезти?

С разговорами такими
Загремим мы прямо в ад! –
Марк поднялся, застегнулся:
– Запрягайся, друг Сократ. –

Застоявшая тележка
С места тронулась, пошла,
Вдоль дороги жёлтым светом
Ночь фонарики зажгла

На причудливых опорах
И согнутая луна
Разбросала светотени,
Да наехала труба

От обшарпанной ночлежки...
Марк Сократа оттолкнул,
Впрягся телом всем в тележку,
А философ лишь вздохнул:

Может дочку свою вспомнил,
Может разом жизнь свою,
Может вздох был облегченья
За короткий день в раю,

Ну а добрая душа
Ещё час с ним рядом шла.   


ПРИЛОЖЕНИЯ В.Ф. НИКОЛАЙЧУКА

1) «Мэри, как я вас любил», название популярной среди английских моряков песни. От бывшего моряка дальнего плавания автор слышал, что жён, уличённых или подозреваемых в неверности, мореходы, между собой, называют «Акулами».

2) Да ещё пошли дорогой
   Где закончился запас, –
   На какой-то там Смоленской
   Деду высадили глаз.

«Война 1812 года дважды прокатила по Старой Смоленской дороге. Были уничтожены верстовые столбы, сожжены почтовые станции, взорваны мосты и гати (местами полотно дороги превратилось в болото), разрушены города и деревни, да и население губернии в целом заметно сократилось, что не могло не отразиться на темпах восстановления территории». (Михаил Евдокимов, «Старая Смоленская дорога»)

3) От ушкуйского села. «Ушкуйники – русские викинги. Первые ушкуйники появились в IX–XI веках в Новгородской республике. Так стали называть профессиональных воинов, которые объединялись в вооруженные дружины.
 
4) «Солдатам наполеоновской армии, отступающим в конце 1812 года от Москвы по старой, ими же разорённой Смоленской дороге, нередко приходилось питаться павшими лошадьми. «Голодный француз и вороне рад» – русская пословица».

5) Сократ, (около 470 – 399 до н. э.), древнегреческий философ, один из родоначальников диалектики как метода отыскании истины путём постановки наводящих вопросов. Излагал своё учение устно.

6) Пансион, полное содержание (питание, уход) живущих у кого-нибудь, где-нибудь.

7) И за все дела пирату
   Заплати ещё, как брату.

С 1808 года Англия запретила негроторговлю. Ещё ранее торговля неграми была приравнена к пиратству: особые военные английские крейсеры проводили проверки торговых судов в Атлантическом океане. Делалось это не из-за гуманных соображений, а чтобы навредить США.