Глава 2 Последний день

"Эй, Гор, скорей сюда, выходим в третий сектор ,—
мне Карл крикнул, — золото искать!"
Ох, эти шутки, многим не понять,
Но в духоте они спасут прохладным ветром.
И Рен вздохнул, весь груз из лёгких выгнав.
Ни слова не сказал никто в большом кругу.
Но глупость распорола смерти пустоту
и всколыхнула воздух вязкий перед битвой.

Карл чувствовал, что чувствуют другие,
все те же мысли голову скребли.
Но только он мог сделать их такими,
чтоб жизнь тебе испортить не смогли.
Мы вышли, прихватив щиты с собою.
Оглядывали мир сырой вокруг:
холодный ветер, злясь, душил своей рукою
обглоданный растительности труп.
В лесу ни листика: деревья-сталактиты,
как статуи, застыли в вечном сне.
А на земле опад, вдовой зимой убитый,
оттенки чёрного раскрыл в самом себе.
Мы вышли из лесу, и оглядели местность:
порвалось небо, выцветала длань земли.
А впереди от нас, за пару километров,
облизывались жадно вестники-костры.
Отряд вокруг. Вот Слизень меч свой точит,
нашёптывая песенку, что знает только он.
И Муха два клинка достать уж очень хочет,
Чтоб жертву принести в неблагосклонный пантеон.
Ищу других: вот слева Лана с Реном
о чём-то приглушённо говорит.
Хотел узнать, о чём... Хотя неважно в целом.
Последний день жизнь тянет, как магнит.
Вокруг отряда нашего таких ещё с десяток,
и каждый человек клочок земли хранит.
Дождь нарастает, намокает ткань перчаток,
а сердце ноет промеж реберной сети.
Вдали горн затрубил, воззвав к победе.
"Огонь не тухнет небу вопреки",—
Подумал я, замкнув ряды соседей,
в щитах теперь торчат мечей штыки.
Тяжёлым гулом к нам несётся смерти туча,
Дрожит земля от сотен тысяч ног.
Вдруг рёв в спине:"В атаку, мои братья!"—
и мы летим в карательный поход.
План этот ненадёжен и рискован,
но разве риск так важен нам сейчас?
Надежда, что удар будет обломан
О волнорез из тысяч ярких глаз.
Удар клинков— и звон металла в уши врезал,
Тень крыльев смерти распласталась по земле.
"Пока живой",— удачно я заметил.
Сознание своё послал в небытие...
Водоворот из рук, мечей, щитов и копий,
Пригнулся, рубанул меж лат, и враг упал .
Замах, щелчок. И беглый взгляд свой бросил
на остов. Обмякающий шакал.
Второй напрыгнул сразу, скрест мечами,
Тупая боль в боку, неловкий поворот.
А позади второй, оружием сверкая,
отправил лезвие в стремительный полёт.
Лишь только миг нас разлучил с Герконом(;),
Всё неожиданно замедлилось вокруг.
И вдруг меж мною и литым металлом
встал чей-то щит в объятьях мощных рук.
То Даррен погрузившись в пыл сражения
не позабыл про друга своего .
Он мог утратить жизнь без промедления,
не пожалев и после ничего.
Но в тот же миг, как я одним манёвром
проткнул врага сквозь пару мощных лат,
копьё пронзило Даррена сквозь рёбра
и вышло, сломив сердца ровный такт.
Здесь мясорубка мелет наши души,
затем, чтоб выплюнуть остатки в пустоту.
А на меня несётся десять тушек,
Готовых обглодать бегущую строку.
В последний раз взглянул, ища знакомых:
вот Муха мёртвый в окружении семи тел,
а Слизень борется, особо разъярённый,
над телом Ланы, бледным, словно мел.
И в этот миг почувствовалась слабость,
Эмоций шторм заполнил череп мой.
И спичкою затухла мысли ясность,
я потерял контроль над головой.
Последние шаги. Безумный клёкот.
Неровный вдох. Пятно из чужих тел.
Упал. Удары в грудь. Затем лишь шёпот.
В глубокой тьме :"Ты этого хотел?"

Примечание:

2.Геркон — хранитель царства мёртвых, заточенный там Олендом. Вынужден отбывать своё бессмертие, ухаживая за душами умерших воинов