В империи нет выбора на роль поводыря...

В империи нет выбора на роль поводыря:
Вождя, тирана, кайзера, наследного царя.
Такой закон, а с ним такие нравы —
Всё то, что променяли скандинавы
На свой уют. Ни робости, ни мощи.
Их долог путь, но он, конечно, проще.

Поскольку у империи материя тонка,
Все боги, наигравшись, достигают потолка.
И вот они совсем уже не боги —
Пока ещё всесильны, но двуноги.
И власть подвластна выстрелу нагана,
Она посмертна званием тирана.

Тиранство — это странное подобие клейма,
Синоним неизбежного схождения с ума.
А без тирана как мечтать державе
О доблестях, о подвигах, о славе?
Но вместо этой славной круговерти
Тиран уже оплёван после смерти.

Империи качаются, качаются они,
Как мачты корабельные, как вечные огни.
Легко желать пожить в царёвом теле,
Сложней понять, что вечно рядом тени,
Которые то явственны, то слабы:
Воители, предатели и бабы.

Когда пороги времени изучены сполна,
Когда не вычисляется империи длина
На карте исторических забвений,
На костной ткани прежних поколений,
Тогда свобода капает из крана
И вспоминаешь отчество тирана