Библия Маркса и Библия Смита

На полке две книги — не в сказках, не в снах,
Не Ветхий Завет, а учений светлах.
Слева — Маркс строгий, в чернее ночи,
Справа — Смит светлый, в заречной очи.


Библия Маркса — том весомый, суровый,
В нём — про борьбу, про устои, основы.
Про то, как труд всё творит на земле,
А капитал — словно туман во мгле.


Заповедь первая: «Эксплуатация — грех»,
Вторая: «Пролетарий, встань, человек!»
Третья: «Сознательность, братство, строй,
Коммунизм — свет над родной землёй».


Читают её в цехах, в залах больших,
В ней подчёркивают слова, строки живых.
Верят, что скоро придёт новый день,
Где не будет цепей — только свет и тень.


Библия Смита — тоньше, светлей,
В ней — про рынок, про спрос, про идей ручей.
«Невидимая рука» — главный завет,
Она всё расставит, даст всем ответ.


Заповедь первая: «Свобода — закон»,
Вторая: «Конкуренция — двигатель вон»,
Третья: «Частный интерес — путь к благу всех»,
Четвёртая: «Государство — лишь страж, не грех».

Её читают в офисах, в залах биржевых,
На конференциях, в клубах дорогих.
Верят, что прибыль — мерило добра,
Что конкуренция — жизнь, а не игра.

А на кухне, за чаем, спор идёт опять:
— Маркс прав! — кричит дед, сжимая тетрадь.
— Смит прав! — сын в ответ, глядя в смартфон.
Мать вздыхает: «Пусть будет компромисс, дом…»

Кот, на ковре, мурлычет едва:
«Мне всё равно — лишь бы корм по утрам всегда.
Но если б спросили — я б вам сказал:
Жизнь — не догмат, а баланс начал».


Две Библии стоят, шепчут без слов,
Две истины, два пути, двух основ.
Но мир живёт не по книгам одним —
Он верит в хлеб, в доброту, в режим.